Герцогство на краю

Сначала он, как обычно, обнял меня со спины, задрал подол туники, в которой я спала, и положил теплую твердую ладонь на солнечное сплетение. Стал поглаживать, описывая круги, пока я не расслабилась и не задремала, а потом узкая ладонь неожиданно скользнула не вверх, а вниз – под завязку ночных самых обыкновенных портков. И ещё дальше. Я, разом проснувшись, начала брыкаться, шипеть и клацать зубами. А Аскани, убирая ладонь оттуда, где делать ей совсем было нечего, довольно рассмеялся мне прямо в ухо.

«Тими, знаешь, ты прелестна, как цветок лесной сон-травы.

"Представить Аскани в роли мохнатого шмеля мне никак не удавалось. Шмели – они уютно-круглые. А этот – длинный и тощий. Вдобавок я твердо знала – зимуют под листвой или в щелях коры не шмели, а шмелихи. Но сон-траву, по-другому, прострел, с её нежными ворсистыми лепестками и удивительными звездчатыми цветами я и сама любила. И почему-то от мысли о пушистом шмеле, деловито копающемся в сердцевине цветка, щеки залила краска.

Ас тронул мне теплым дыханием ухо.

«Знаешь, ты сначала ахнула, потом выгнулась, прижавшись ко мне, а уж потом стала ругаться и драться. И тебе даже в голову не пришло спрятаться под щитом или уколоть мою ладонь колючками».

А ведь и правда – любому другому, прикоснись он хоть пальцем даже к плечу или локтю, я б руки и драконьими шипами изодрала, и огнем без раздумий обожгла – но использовать свой Дар против Аса мне и в голову не приходило.

«Я люблю тебя больше жизни. А когда наступит время, мы будем очень счастливы, поверь!»

Сейчас Ас, будто бы поняв, о чем я думаю, склонил голову набок и улыбнулся краешком губ:

– Ну, расскажи мне про Лариндейль? А потом уже и спать пора. Завтра утром пойдем погуляем по рынку, посмотрим всё, что ты хочешь.

– Адлен аваэль саэнари лин… – начала я…

* * *Мы бродили по рынку уже два часа, и этот поход был не похож ни на одну из вылазок за покупками, которые были у меня раньше.