Адский прииск

Ему надоели разговоры, и сыщик отправился прогуляться вверх по реке. Поднялся саженей на сто и вдруг увидел в воде такое, что сразу его заинтересовало. У берега в ряд выстроились плитки сланца, торчащие вверх. Около десятка, если не больше. Природная щетка! Плитки, по идее, должны были задерживать золото подобно барьерам.

Алексей Николаевич засучил рукава, зашел в воду и стал на ощупь рыться в отложениях. И уже через минуту в руках у него оказались три матово сияющих окатыша размером с фасоль. Самородки были темно-золотого цвета, тяжелые и шероховатые.

– Держи, аргонавт из Одессы!

Азвестопуло разинул рот. Потом схватил самородки и начал чуть ли не лизать их:

– Это же… да это золото! А как… а где?

– Пошли, покажу.

Все трое поднялись к гребенке. Иван, увидев ее, ахнул:

– Сланцевая щетка! Природная ловушка для самородков! Мне рассказывали про такие, но сам вижу впервые.

Молодежь принялась рыться в гребенке и вокруг нее. За полчаса они нашли еще два десятка увесистых окатышей, а Волкобой сбегал за лотком и намыл хорошую пригоршню чешуек. Всего вышло не менее фунта золота. Алексей Николаевич предложил им разделить добычу поровну, но старатель отказался и отдал все Сергею. Выяснилось, что Мукушев не обманул и он действительно равнодушен к золоту! Какой же он тогда старатель? Загадка на загадке…

Когда восторг грека улегся, отряд вновь встал на тропу.

– Знакомьтесь, господа: это Борочук.

На другой день они перевалили на ту сторону долины и увидели еще один ручей, как две капли воды похожий на вчерашний Борочук. Иван представил и его:

– А это уже Аян-юрях. Ну, приближаемся…

– К чему? – уточнил Сергей.

– К вашему Берелёху. Вам ведь туда надо?

– Ага.

– Тогда полный вперед!

Ручей Аян на глазах превращался в сильную полноводную реку.