Адский прииск

Но когда открыли следствие, выяснили, что стрелявших было двое. Шишмарев попал смотрителю в поясницу, а второй нападавший – в голову. Оба ранения оказались смертельными. К тому же пули для верности отравили стрихнином. У Могилева остались жена и трое малолетних детей без средств к существованию…

Статский советник рассказывал, и с каждым его словом единственный уцелевший бандит склонялся все ниже к земле.

– Шишмарева повесили по приговору военного суда. Он назвал своего сообщника, Рассудова-Кабысдоха. Тот успел скрыться и избежал наказания.

Волкобой тер руками голову и смотрел во все глаза. Сыщик закончил:

– Я опознал его сразу, любителя стрелять в спину отравленными пулями. Уж больно приметная наружность. Второго не знаю, надо дактилоскопировать труп. А тот, что стоит на коленях, – беглый каторжник Залепухин по кличке Алтынный. Тоже убийца. Взгляни, что он носил в карманах.

Проводник подошел к оружию, тронул ногой петлю-удавку:

– Этим душат людей?

– Да.

Иван с разворота ударил Алтынного ногой в лицо:

– Сволочь! Зря тебя с ними не застрелили!

Коллежский асессор оттащил его от пленника:

– Связанных бить нехорошо. Уймись.

– А душить хорошо?

Волкобой чуть не плакал, вырываясь из рук Сергея. Что это с ним? Вспомнил про убитых родителей? Однако истерику пора было кончать. И Лыков крикнул во все горло:

– Тихо!

Все замерли. Алексей Николаевич заговорил намеренно деловым тоном:

– Два трупа и пленный – следует доставить их властям.

– Урядник квартирует в Амгинском селении, это еще два-три дня пути, – ответил Иван. – Лучше вернуться в Татту. Там улусный центр, и телеграф есть, голова вызовет полицию.

– Собираем эту дрянь и едем. Но сначала допросим пленного.

Лыков поднял Алтынного за бороду и поставил перед собой:

– Отвечать быстро и правдиво. Иначе повезем в улус трех мертвяков, а не двух.

– Так точно, ваше высокородие.

– Кто вас послал?

Бандит ответил без раздумий:

– Александр Созонтович распорядился.

– А как он выследил нас? Как вы узнали наш маршрут?

– Эта… ваше высокородие… Сам-от я не ведаю, Кабысдох был за старшего…

Сыщик вынул из чехла финку и поднес к шее фартового. Тот побледнел:

– Вашество… за что? Я правду говорю!

– А мне видно, что ты врешь. Алтынный, твоя жизнь сейчас и копейки не стоит, не то что алтына.