Герцог-упрямец

Стараясь не выдавать своих чувств, она посмотрела на могильный камень с датами рождения и смерти Джеймса Маккаллума.

Тут Эрик вдруг заметил священника, стоявшего чуть поодаль. Прищурившись и наморщив лоб, старик внимательно смотрел на Девину. Его явно что-то в ней привлекало.

– Если бы я захотела уберечь ребенка, то устроила бы ложную могилу – на случай если кто-то начнет его искать, – проговорила девушка. – И почему она здесь, а не на фамильном кладбище, если он действительно умер раньше своего отца? Что-то я не видела других Маккаллумов, похороненных на этом участке.

Несколько недель назад Эрик вывел бы ее из заблуждения, развеял бы ее иллюзии, но сейчас лишь молча смотрел на старика, по-прежнему наблюдавшего за девушкой. Наконец, тихо вздохнув, сказал:

– Девина, мы сможем обсудить детали этих новых данных позже. А сейчас… Мне кажется, что священник хочет с вами поговорить. И если я отойду, то он, возможно, станет смелее. Я подожду вас в фаэтоне.

Шагая к экипажу, герцог спрашивал себя: «А не передал ли я сейчас этой девушке часть того наследства, что доверил мне отец?»

Девина направилась к священнику.

– Его светлость думает, что вы хотите со мной поговорить.

Старик взмахнул рукой – словно решительно отметал подобное предположение.

– Мне и сказать, в общем-то, нечего. Просто… Вот все думаю, правильно ли я помню или нет.

– Помните что?

– Глаза у меня уже не такие, как раньше, так что я, возможно, ошибаюсь. Да только мне кажется, что вы на него похожи.

– На кого?"

"– Много лет назад в наши места пришел один человек. Незнакомец. Мы с ним несколько раз посидели за пинтой-другой эля. В общем, я с ним вроде как подружился немного. Он все лето помогал местным, а однажды исчез.

– Сюда несколько раз приезжал мой отец. Как-то раз и я с ним приехала. Может, это с ним вы…

– О, это было задолго до вас, – перебил старик. – Я тогда едва начал взрослеть, только-только принял сан. – Он внимательно всматривался в лицо девушки. – Знаете, что-то в вас напоминает мне о нем.

Старику, на взгляд Девины, было лет семьдесят пять, а она знала: старые воспоминания имели свойство сдвигаться во времени – то, что помнилось как событие пятилетней давности, могло на самом деле произойти лет двадцать назад или наоборот.