Герцог-упрямец

«Интерес» – вот как приятель это назвал, и теперь и ему самому все стало понятно. И действительно, откуда такое беспокойство за ее подругу, за женщину, которую он видел впервые в жизни? Черт побери, а ради нее самой он даже залез на эту проклятую черепичную крышу!

И еще поцелуй, который они должны забыть… Проклятье!

Нет-нет, наверное, на сей раз все будет не так. Она-то не безумная… Более того, она видит в нем врага. И все-таки…

Внизу воцарилась тишина – она улеглась в постель.

Внезапно осознав, что именно этого и дожидался, герцог тоже лег.

– Я должна отвести Девину наверх и устроить там, а потом дать отдохнуть, – сказала своему мужу леди Инграм. Потом обняла его и поцеловала. Супруги были рыжеволосыми, поэтому при поцелуе казалось, что они сливаются воедино. – А лондонские новости сможешь узнать за обедом. – Повернувшись к гостье, леди Инграм добавила: – Идем со мной, милая, я покажу тебе твою комнату.

Девине очень нравилось беседовать с другом ее отца, и девушка с удовольствием бы продолжила разговор, однако она оставила сэра Корнелия и вышла вслед за его женой из библиотеки.

Герцога и в самом деле заставили немного посидеть тут, как она и предсказывала. Леди Инграм действительно едва не заговорила его, делясь своими взглядами на реформы. А сэр Корнелий рассказал несколько забавных историй об университете.

Брентворт вел себя любезно и дружелюбно – существенное изменение. После их совместного ужина в первый вечер он относился к ней в высшей степени недружелюбно. Впрочем, Девина знала, что зашла слишком далеко в своих высказываниях. А герцог едва ли считал приемлемым критиковать его.

Но она-то этого и не делала! Ну… может совсем чуть-чуть. Просто она сочла странным, что герцогу, чтобы оставаться верным своей природе, нужно меньше свободы, чем ей или сэру Корнелию.

Но, похоже, именно так Брентворта воспитывали и обучали, и он считал это правильным. Значит, в следующем сезоне он подыщет себе ту самую «приемлемую» жену, которая, как он надеялся, не будет ни необузданной, ни пустоголовой, так что у них получится «приемлемый» брак и «приемлемая» жизнь, и они произведут на свет «приемлемых» наследников. Такая жизнь казалась ей ужасно скучной.

– Вот мы и пришли. – Леди Инграм открыла дверь.