Гений пустого места

Сто лет никто никуда не звал его таким способом.

Он пожал плечами, далеко в снег отшвырнул сигарету и стал подниматься по деревянным ступеням.

— Заходы, — заговорщицким шепотом сказал Хаким. — Брат ест брат, брат спасат нада!

— Надо, — согласился Хохлов.

— Тот ночь охран не была! — выговорил Хаким, когда Хохлов плотно прикрыл за собой дверь и вопросительно кивнул головой снизу вверх. — Тот ночь Хаким была!

Хохлов соображал быстро, хотя звон в голове так и не проходил.

— Так. Охранников не было. Они тебя здесь посадили и ушли, да?

— Часто так.

— Куда ушли охранники?

— Всегда один места. Всегда водка пить, афтомат играть. Соседний улица афтомат стоит.

— А ты что?

— Я тут сидела. Ворот открывала, ворот закрывала.

— Хорошо, — сказал Хохлов и приступил к главному. — Сколько машин за ночь приехало?"

"Хаким посмотрел виновато — он не считал.

— Хорошо, — повторил Хохлов.

— Всегда один время. Смена Сэргей Иванов дэсять часов. Он меня звала, ходи сюда, Хакимка, работ для тебя есть! Я уж знаю, когда ее смена. Я сразу пошла!

— Ты пришел в дежурку в десять. Охранники ушли на всю ночь, а тебя оставили открывать и закрывать ворота. Да? Ты спать не ложился?

— Диван лежала, — объяснил Хаким. — За день устала.

— Откуда ты знаешь, что надо открывать, если на диване лежишь?

Хаким удивился.

— Пищит, — сказал он и показал на монитор.

Да, подумал Хохлов, и вправду пищит. Он же сам слышал, монитор запищал, когда подъехала машина, и ворота стали открываться!

— Сколько машин проехало, ты не помнишь, да?

Хаким потряс головой, подтверждая, что не помнит.

— А кто-нибудь входил или выходил?

— Не выходила, не входила.

— Точно?

— Точно.

Расследование удалось, подумал Хохлов. Подполковник Никоненко был бы в восторге от его умения последовательно вести допрос и делать логические выводы!

Никто не входил и не выходил.

— А камеры? — вслух подумал Хохлов. — Камеры пишущие?

Последняя надежда была на то, что камера не только показывает ворота, но и записывает информацию на кассеты, как та, что стояла в его офисе, или та, что снимала снаружи институтское здание, — прав, прав оказался подполковник Никоненко, утверждавший, что такая камера непременно должна быть!

Конечно, никаких записей не велось.