Гений пустого места

И сейчас у него есть только это — холодная чужая женщина с ярко накрашенным ртом и взглядом несостоявшегося убийцы, крохотная чужая квартирка, заваленная барахлом, темная комнатка с голым замерзшим тополем за давно не мытым стеклом и сознание того, что он совершил непоправимое, страшное. И все родное и хорошее, что было когда-то, теперь… не его!

— Димочка, ты мне надоел, — заявила Ира. — Прекрати истерику. Если не хочешь оставаться, надевай штаны, и я тебя отвезу к твоей дуре-женушке. Только учти, что долго я этого не потерплю, хватит с меня.

— Что значит по-человечески? — зачем-то спросил Лавровский.

— А то и значит. — Она швырнула в него брюками так, что они попали прямо ему в физиономию. — Мне уже двадцать восемь, и я только один раз замуж сходила! В девках куковать до старости неохота, а теперь я невеста с приданым, да, Димочка? Так что ты или женись, или, милый мой, выметайся из моей жизни навсегда. Понял, солнышко? Или еще раз объяснить?

— Ира! Я… не могу.

— Вот с Хохловым ты как раз ничего и не должен, — сказала она и опять посмотрела на него так, что ему захотелось, как маленькому, втянуть голову в плечи. — Муженек, светлая ему память, мне не только машину оставил и барахло всякое! — И она пнула ногой розовый пуфик, который покатился и бесшумно стукнулся о кровать. — Он же в бандитах ходил, Витюся мой! У меня, солнышко, связи есть всякие разные, хорошие! Так что ты учти это на будущее, когда к своему другу каяться пойдешь! Сто раз подумай, Димочка, а потом иди.

Лавровский заплакал:

— Ира!!

— Ты едешь или не едешь? И подумай, подумай, Димочка! Я же тебя не заставляю на мне жениться! Но тогда придется отступные платить! Ты мне заплатишь, Димочка?

И она снова присела рядом с ним, прижалась щекой к голому холодному плечу и слегка пощекотала под ребрами.

Да. Не повезло. Не мужик, а так, ерунда какая-то, тряпка и тюфяк.

* * *… и тут он услышал, как в кармане у него зазвонил мобильный, но отвечать ему было некогда.