Генерал Скала и ученица (СИ)

"

"— Вот это поворо-от, — протянула я и ухмыльнулась. — То-то мне Гектор заливал о зоне, куда традиционно не бьют на тренировках, но не стоит о ней забывать в честной уличной драке.

— О да, если игра идет без правил, у тебя красная улица, девочка моя!

— Жаль, на Турнире не применить. Все стычки на нем будут считаться учебными, — я хлопнула ладонью о ладонь.

И удивилась, когда из гостиной почти сразу послышались шумы. После небольшого шепотка и топтания, скрипнула дверь и в мою комнату, как часто бывало в последнее время, просунулись две любопытные головы.

— Волнуешься перед Турниром? — тоненько спросила Анифа, чью прическу на ночь прикрывал чепец внушительных размеров. Не знаю откуда она его взяла, но смотрелось странновато.

— Нет, — я вдохнула-выдохнула и рубанула как есть, не оставляя себе отходных путей. — Узнала о Кинжале любви и близких отношениях между мужчиной и женщиной.

— Ну, слава Асцилии, — с облегчением ответила Мириам. И быстрым взглядом мазнула по моей комнате, видимо в поисках очередного бессознательного мужского тела.

Она втащила за руку растерявшуюся младшую, осторожно закрыла дверь и уставилась на меня темными черешнями глаз. В отличие от нас с Анифой, цвет глаз ей достался не от отца, а от матери — чистокровной джунгарки.

— Мама рассказала мне все после смерти папы, — продолжила она, явно нервничая из-за моего изумленного молчания. — Он запрещал нас просвещать из-за тебя. Говорил, что ты занята магией и не должна отвлекаться на всякие глупости.

— И моя мама была недовольна… — пискнула Анифа. — Но все равно ничего мне не объясняла, пока я совсем недавно не узнала от Мириам…

Получается, что обе мачехи винили меня в невозможности просветить дочерей. А я — ни слухом, ни духом, только удивлялась почему их раздражаю одним своим присутствием.

— А леди Камалия, — продолжила младшая, — обещала Мири открыть секрет как стать незабываемой для мужа, если мы сможем пригласить ее жить с нами.

— И решили все-все тебе рассказать после Турнира, чтобы не отвлекать сейчас, — Мириам стащила с плеч тонкого шитья южный платок, явный подарок Камиллы. И накинула на меня, оставшись в одной батистовой, длинной ночной сорочке. — Тебе и так непросто, а тут новость, что мужчину придется ублажать.

— В смысле? — отмерла я. — Наоборот же.