Где-то на краю света

– Не хотел я стрелять, айфон мне в руку! Не собирался я охотиться! А тут он, прямо за кустом! Взрослый уже медведь-то! Он, по всему видать, как и я, ягодой подъедался, вот мы с ним и сошлись… пятыми точками!

– Убива-а-ать медведей, – протянула невидимая из прихожей журналистка Костина, – стра-а-ашное свинство!

– Да ничего не свинство, Юлия! Они разные тоже, медведи-то! Бывает, пойдет на тебя, и там уж кто кого – или ты его успеешь, или он тебя… успеет. А этого я не собирался! Только глянул – стоит! Ну, вот совсем близенько! Ну, вот только руку протянуть!

– Товарищ полковник, куда вы руки-то тянете?!

– Да что вы, Юлия! Это я просто так… показываю на местности.

– Так чего дальше было, Сан Саныч? Завалил ты его?

– Не стал я его валить. А он меня драть не стал. Посмотрели мы друг другу в глаза. Сколько это времени длилось, ничего не помню. Помню только, стою и из ладони у меня ягоды сыплются. И он стоит, смотрит. Не шелохнется. Карабин-то у меня всегда с собой, за плечом, и думаю я так вяло: если сейчас двинусь, карабин потяну, а он осечку даст, задерет меня медведь.

– Ну, сказочник ты, Сан Саныч! Как есть сказочник! Писатель Тургенев, тебе бы «Записки охотника писать»!

Олег Преображенцев раскопал на сундуке в прихожей Лилину кухлянку и теперь шарил по полу в поисках торбасов. Обувью был уставлен весь пол. Лиля ничем ему не помогала, смотрела сверху на его темные волосы и загорелую шею.

– Лилек! – Таня выскочила в прихожую. В руках она держала давешнюю вазочку из серванта. Теперь в вазочке было варенье. – Вот и хорошо, а то я думаю, заснула она там, что ли?.. Олег, ты чего ползаешь? Давайте за стол чай пить! Или кофе сделать?

– Мы сейчас поедем, Татьяна.

Таня нисколько не удивилась и ни о чем не спросила – куда, зачем, – сказала только, что без чаю никого никуда не отпустит, и Лиля пошла за ней на кухню, и Олег пошел почему-то с торбасами в руках.

Юлька Костина, у которой горели глаза и щеки, подвинулась, давая Лиле место, и под столом стиснула ладошкой ее руку – мол, смотри, смотри, что тут такое происходит!

Терапевт Нечаев был полностью и окончательно деморализован и делал вид, что разговаривает с Левой, а Лева делал вид, что выпивает, и лицо у него было, как будто он все собирается захохотать и останавливает себя.