Где-то на краю света

– Юлька, но ты же в Москве! А я в Анадыре!

– У тебя совсе-ем поехала крыша, – протянула Юлька томно, – я сейчас как раз тоже в Анадыре!

– Мои ребята ее на контроле повязали, – сообщил горделиво полковник Багратионов и подмигнул. – Разрешительных документов на въезд нет, а у нас тут погранзона!

– А вы та-акой бди-и-ительный, товарищ полковник!

– Приходится бдить! Потому, если за вами не бдить, вы вон в тундре пропадаете, а мы потом ищи!

– Но я уверена, – тут Юлька взяла руку полковника в свои ладони и поднесла к груди с молитвенным выражением, полковник вытаращил глаза, – в случае чего вы же нас спасете! Да-а-а?.

Полковник дрогнул, побагровел и кивнул. Юлька какое-то время поупивалась его растерянностью, а потом полковничью длань выпустила, вздохнула так, что Багратионову пришлось быстро и воровато отвести глаза от ее необыкновенного бюста, а после спросила деловым тоном:

– Ну, что тут у вас происходит?

Почему-то всех поразил этот простой вопрос.

Полковник насупился, Ромка Литвиненко сунулся было что-то рассказывать, но Алена дернула его за рукав, а Лева с Таней одновременно посмотрели на Лилю, а потом друг на друга.

– Лилечек, мы кухлянку твою привезли, и торбаса тоже. Ты как? После работы сразу домой придешь? Я тогда поеду торжественный ужин готовить! Оленинки нажарю свеженькой! Домой, да?..

Лиля нашла глазами Преображенцева и лучше б не находила. Он взглянул и отвернулся.

– Сразу, – ответила Лиля быстро. – Сразу домой, конечно!

– А подружка? С тобой ужинать приедет?

– С ней, с ней, – пробасила подружка.

– Левушка, пойдем скорей. Картошки нет, а в нашем гастрономе плохая, я вчера не взяла. Нужно в дальний ехать…

– Таня, я достану тебе той картошки в лучшем виде и так скоро, что ты даже не успеешь чихнуть, чтоб ты всегда была здоровее всех!

Алена протарахтела, что подъедет к четырем на радио, чтобы «поговорить как следует», Ромка сказал, что Лиля может не приходить на работу, отдыхать дома, а Лиля заявила, что непременно на работу придет.

Через пять минут в комнате с белым медведем остались Лиля с Юлькой и полковник Багратионов. Преображенцев пошел «провожать народ».

– Поговорим? – предложил полковник, выдвинул стул, уселся и крепко утвердил на столешнице локти. – О жизни?

Вернулся Олег, кинул на диван пуховик и ушел на кухню, мягко ступая унтами по чистому деревянному полу. Лиля проводила его глазами.

Что происходит, а?..