Где наша не пропадала (СИ)

А как ее еще назвать после учиненного погрома?

— Ирланд грязный. Видели бы вы как он наследил тут за ночь. Вот я и хотела его помыть. Только кто же знал, что он боится воды.

Девушка, пыхтя как паровоз, обиженно посмотрела на рептилию, прижавшуюся к моей ноге. Не знаю насколько он был раньше грязный (вчера меня как-то не очень сильно впечатлила его красота, поэтому именно к этому аспекту не присматривалась, хватило перьев, хвоста с жалом и нескольких рядов острых зубов), и так ли срочно надо было его купать, но сейчас водные процедуры необходимо было принять не только моему пернатому другу, но также и моей безголовой подруге.

Взгляды всех в комнате были направлены на меня в ожидании выводов и вердиктов. С одной стороны, я довольно спокойный человек, но с другой, вот именно сейчас мне хотелось кое-кому наподдать, независимо от того, что этот кто-то давно вышел из возраста когда принято учить уму-разуму. И это желание было не только в отношении двух бедокуров, но и еще одного зубоскала, который должен был этот беспредел остановить, а не веселиться за чужой счет.

— Ты, — мой указательный палец остановился на обвившем мою ногу хвостом ящере, — идешь спокойно мыться. Понятно?

Мне вчера вроде как кто-то говорил, что эти рептилии достаточно разумны, чтобы понимать, что им говорят. И если судить по несчастным глазам, смотрящим на меня взглядом побитой собаки, это так и есть. Вот и отлично. Мой взгляд переместился на Олдера.

— Ты — идешь его купать.

— А я-то тут при чем? — удивленное возмущение на градус повысило мое настроение.

— Притом. Это чтобы жизнь малиной не казалась. Да и за просмотр представлений платить принято.

Недовольно поджав губы, мужчина исподлобья посмотрел на прячущегося в подоле моей одежды ирланда. А я тем временем уже смотрела на вдруг заметившую что-то очень интересное на полу девушку.

— Илди, а ты, как главная виновница произошедшего, помогаешь Нире убрать тот срач, что вы здесь учинили. Через полчаса жду всех на завтрак.

Больше не говоря ни слова, я вернулась к себе в спальню и только тогда позволила улыбке появиться на моем лице.