Где наша не пропадала. Книга 2

— Аника, — молодой мужчина меня обнял, прижав к себе. — Ты такая маленькая и хрупкая. Я обещал тебя оберегать. Если ты откажешься, никто ничего не узнает. Это мужское дело воевать и терпеть. Если бы я мог, сам лучше бы позволил себя на куски порезать. Только бы тебе не пришлось этого пережить."

"— Ага, ты главное, это все не забудь, когда придет время Илди рожать, — я попыталась поднять настроение своему названному отцу и вызвать его улыбку. — И про потерпеть, и про то чтобы боль забрать. И да, не то чтобы я хотела тебя пугать, но терпеть придется не те несколько минут, что предстоит мне, а часов десять.

Мне хотелось чтобы Олдер успокоился и хоть немного расслабился. Вот только он по-прежнему хмуро смотрел на меня. Схватив его за руку, я потянула моего друга из комнаты в сторону апартаментов мужа. Не хватало только, чтобы он передумал помогать Аркане.

В этот раз меня сразу же пропустили в спальню к Рейну. Муж лежал не на кровати, а на большом широком столе. Окровавленную одежду с него сняли, одев взамен только брюки. Лежал мужчина неподвижно. Его голова была повернута набок и зафиксирована. Часть волос на ней сбрито из-за чего я легко смогла рассмотреть открытую рану. Меня неожиданно замутило и даже слегка потемнело в глазах.

Остановившись, я не знала что мне делать дальше. Поэтому вопросительно посмотрела, сначала на лекаря, а потом на Олдера.

— Сиер Каторо, помните о лекарской тайне. Если вы хоть кому-то расскажите… — мой друг предупреждающе посмотрел на знакомого мне старика. Тот открыто посмотрел в ответ.

— Я обязан сиере Анике как своей жизнью, так и жизнью моей дочери, поэтому от меня ее тайну никто не узнает.

Подойдя, пожилой мужчина протянул мне небольшую чашку с сильно пахнущим отваром из каких-то трав.

— Это слегка затуманит ваш мозг. Благодаря чему боль будет немного легче перенести. Ничего более сильного я вам дать не могу.

Как только я все выпила, мне предложили лечь на столе рядом с Арканой и взять его за руку. В этот момент он открыв глаза, посмотрел затуманенным болью взглядом на меня, что-то замычав. Это было ужасно. Испуганно посмотрев на лекаря, я шепотом спросила.

— Мне просто до него дотрагиваться?

— Да.