Гарри Поттер и Кубок Огня

— Вот ваша еда! — скрежетнул эльф у локтя Гарри и пихнул ему в руки большой кусок ветчины, дюжину пирожных и немного фруктов. — До свидания!

Эльфы кольцом сомкнулись вокруг Гарри, Рона и Гермионы и начали выпроваживать их с кухни, толкая в поясницы ладошками.

— Спасибо за носки, Гарри Поттер! — жалобно прокричал Добби — он уныло стоял над покрытой скатертью бесформенной кучкой у камина.

— Трудно было помолчать? — набросился на Гермиону Рон, как только дверь кухни с грохотом захлопнулась. — Больше они нас к себе не пустят.

Мы же могли вытянуть из Винки что-нибудь ещё про Сгорбса!

— А тебя, конечно, волнует это! — огрызнулась Гермиона. — У тебя одна еда на уме!

И весь день был испорчен. Пока они в общей гостиной делали уроки, Гарри так устал от препирательств, что посылку Сириусу понёс в совяльню сам.

Свинринстель был слишком маленький и столько еды самостоятельно бы не донёс, поэтому Гарри взял ему в помощь двух школьных сов. Все три вылетели навстречу вечерним сумеркам — странная группа с большущим свёртком, — а Гарри опёрся о подоконник и стал смотреть на школьный двор, на гнущиеся верхушки деревьев Запретного леса, на полощущиеся паруса дурмштранговского корабля.

На фоне дыма, что спирально вился из трубы хижины Огрида, показался филин; он стремительно подлетел к замку, обогнул совяльню и скрылся из виду. Внизу Гарри увидел, как Огрид перед хижиной энергично орудует лопатой. Интересно, что он делает, подумал Гарри, не иначе вскапывает новую грядку под овощи. Из бэльстэкской кареты появилась мадам Максим. Она подошла к Огриду и попыталась вовлечь его в разговор. Огрид выпрямился, опершись на лопату, но, видимо, вступать в беседу не захотел, потому что мадам Максим вскоре вернулась в карету.

Не имея ни малейшего желания идти в гриффиндорскую башню и слушать грызню Рона и Гермионы, Гарри смотрел, как Огрид копает, пока того не поглотила тьма, а совы не начали просыпаться и со свистом вылетать в ночь.

К утру злость Рона и Гермионы перегорела, а кроме того к облегчению Гарри, не оправдались и мрачные прогнозы Рона относительно того, что домовые эльфы, в наказание за нанесённое Гермионой оскорбление, будут теперь присылать на гриффиндорский стол второсортную еду, — нет, копчёная рыба, яйца и бекон по-прежнему были вкусны.

Когда влетели почтовые совы, Гермиона с надеждой задрала голову; она явно чего-то ждала.

— Перси ещё не мог прислать ответ, — сказал ей Рон, — мы же только вчера отправили Хедвигу.

— Я жду другого, — объяснила Гермиона.