Гарри Поттер и Кубок Огня

Гарри развязал рюкзак и протянул Сириусу свёрток с курицей и хлебом.

— Спасибо, — сказал Сириус. Он развернул свёрток, выхватил ножку, уселся на пол и зубами оторвал огромный кусок. — Питаюсь в основном крысами. Не могу красть много еды из Хогсмеда — заметят.

Он улыбнулся Гарри, но Гарри ответил на улыбку неохотно.

— Что ты здесь делаешь, Сириус?

— Выполняю обязанности крёстного отца, — ответил тот, совсем по-собачьи вгрызаясь в куриную кость. — Не переживай, я прикидываюсь симпатичным бродячим пёсиком.

Он по-прежнему улыбался, но, заметив беспокойство Гарри, посерьёзнел:

— Хочу быть рядом. Твоё последнее письмо... скажем так, обстановка, всё отчётливее пахнет жареным. Я краду газеты, как только кто-нибудь выбрасывает, и, судя по всему, не я один дёргаюсь.

Он кивнул на пожелтевшие номера «Оракула» на полу. Рон подобрал их и развернул.

Но Гарри не отрывал взгляда от Сириуса:

— А если тебя поймают? Если увидят?

— Здесь в округе только вы трое да ещё Думбльдор знаете, что я анимаг, — пожал плечами Сириус, жадно пожирая курицу.

Рон пихнул Гарри в бок и протянул ему газеты. Их было две, в первой шапка гласила «Загадочное заболевание Бартемиуса Сгорбса», во второй — «Сотрудница министерства до сих пор не найдена — министр магии берёт дело под личный контроль».

Гарри просмотрел статью о Сгорбсе. Кое-что сразу бросилось в глаза: «...с ноября не появлялся на публике... дом кажется брошенным... В больнице св. Лоскута, Институте причудливых повреждений и патологий, отказываются комментировать.

— По их словам выходит, будто он умирает, — задумчиво произнёс Гарри, — но он не может быть настолько болен, сюда же он добрался...

— Мой брат работает личным помощником Сгорбса, — сообщил Сириусу Рон. — Он утверждает, что у мистера Сгорбса переутомление. Переработал.

— Хотя, правду сказать, последний раз, когда я видел его вблизи, он, кажется, и впрямь болел, — всё так же медленно проговорил Гарри, продолжая читать.

— Получил по заслугам за то, что уволил Винки, — холодно заявила Гермиона. Она поглаживала Конькура, хрустевшего куриными косточками. — Наверняка теперь жалеет — понял, каково это, когда о тебе некому позаботиться.

— У Гермионы пунктик насчёт домовых эльфов, — тихо пояснил Рон Сириусу и мрачно глянул на Гермиону.