Гарри Поттер и Тайная комната

Дверь отворилась.

В кабинет победоносно вступил Филч.

— Это очень ценный шкаф-исчезант! — ликующе говорил он миссис Норрис. — На сей раз Дрюзгу не отвертеться, моя доро…

Тут его взгляд упал на Гарри и метнулся к конверту с «Быcтрочарами», который — спохватился мальчик слишком поздно — сдвинулся по столу фута на два.

Бледная физиономия Филча стала кирпично-краcной. Гарри сжался, предчувствуя волну ярости, которая сейчас обрушится. Филч бросился к столу, схватил конверт и швырнул его в ящик.

— Ты… прочёл?.. — выдавил он.

— Нет, — поспешно соврал Гарри.

Шишковатые пальцы Филча нервно переплелись.

— Если ты посмел прочесть мою личную переписку — правда, это не моё — это для друга — не важно — всё равно…

Гарри воззрился на него в тревоге; Филч никогда ещё так не нервничал. Глаза лезли из орбит, на обвислой щеке дёргался нерв, и клетчатый шарф сейчас выглядел особенно нелепо.

— Прекрасно — иди — никому ни слова — не то чтобы — не важно, ты не читал — иди, мне надо составить рапорт на Дрюзга — иди!

Не веря своему счастью, Гарри вылетел из кабинета и побежал по коридору, а затем вверх по лестнице.

— Гарри! Гарри! Помогло?

Из стены выскользнул Почти Безголовый Ник. Сквозь него Гарри увидел обломки большого чёрного с золотом шкафа, который, судя по всему, упал с очень большой высоты.

— Я уговорил Дрюзга сбросить его у кабинета, — вдохновенно поведал Ник, — чтобы отвлечь Филча…

— Так это ты? — благодарно удивился Гарри.

Они вместе пошли по коридору. Почти Безголовый Ник, заметил Гарри, всё вертел в руках отказ сэра Патрика.

— Жаль, что я ничем не могу помочь с этой твоей Безголовой Братией, — посочувствовал Гарри.

Почти Безголовый Ник встал как вкопанный, и Гарри по инерции прошёл сквозь него. А зря — он как будто попал под ледяной душ.

— А ведь ты можешь кое-что сделать! — воскликнул Ник. — Гарри, не соблаговолишь ли ты… но нет, ты не захочешь…

— Что?

— Видишь ли, в Хэллоуин я справляю пятисотые смертенины, — приосанился Почти Безголовый Ник.

— А, — сказал Гарри, не зная, нужно ли радоваться или соболезновать. — Ясно.

— Я даю званый ужин в одном из подземелий попросторнее. Приедут мои друзья со всей страны. Для меня была бы такая честь, если бы и ты пришёл.