Гарри Поттер и Тайная комната

У камина стоял сияющий профессор Думбльдор, а рядом, прижимая руки к груди, громко и судорожно всхлипывала профессор Макгонаголл. Янгус просвистел крыльями возле уха Гарри, уселся на плечо к Думбльдору, и тут Гарри и Рон оказались в крепких объятиях миссис Уизли.

— Вы спасли её! Вы спасли её! Как вам это удалось?

— Да, нам всем интересно, — заплаканным голосом пролепетала профессор Макгонаголл.

Миссис Уизли отпустила Гарри, который мгновение помялся, а затем подошёл к столу и выложил Шляпу-Распредельницу, инкрустированный рубинами меч, а также то, что осталось от дневника Реддля.

Затем он начал рассказывать всё подряд. С четверть часа он говорил в абсолютной тишине: о бестелесном голосе, о том, как Гермиона догадалась, что это голос василиска, ползающего по трубам; и как они с Роном выслеживали пауков в лесу, и как Арагог поведал, где умерла последняя жертва василиска; и как они догадались, что это Меланхольная Миртл, а вход в Тайную комнату находится в её туалете…

— Ну хорошо, — вступила в разговор профессор Макгонаголл, едва Гарри сделал паузу, — вы выяснили, где находится вход — при этом, не могу не заметить, бессовестно нарушив не меньше сотни школьных правил, — но как, объясните мне, как вам удалось выйти оттуда живыми, Поттер?"

"Тогда Гарри, от разговоров уже охрипший, рассказал о своевременном появлении Янгуса и о том, как Шляпа-Распредельница дала ему меч.

Инстинктивно Гарри взглянул на Думбльдора. Тот еле заметно улыбался, и отблески огня танцевали в его очках-полумесяцах.

— Лично меня больше всего интересует, — мягко проговорил он, — каким образом Лорд Вольдеморт сумел околдовать Джинни, хотя, по сведениям из достоверных источников, он сейчас скрывается в лесах Албании?

Облегчение — счастливое, захватывающее торжество — горячо разлилось по телу Гарри.

— Ч-что вы т-такое г-говорите? — ошарашенно пробормотал мистер Уизли. — Сами-Знаете-Кто? Околдовал Джинни? Но ведь Джинни не… Джинни не была… или?..

— Это всё дневник, — выпалил Гарри, предъявляя его Думбльдору. — Реддль писал его, когда ему было шестнадцать…

Думбльдор взял дневник из рук Гарри и пристально уставился на обгоревшие и промокшие страницы.