Гарри Поттер и Принц-полукровка

Нелёгкая работа, посетовал Фадж, приходится следить буквально за всем, начиная с полётов на мётлах и заканчивая контролем за популяцией драконов (при этих словах Премьер-министру пришлось схватиться за стол, чтобы устоять на ногах). Потом Фадж отечески потрепал его по плечу:

— Не беспокойтесь, вряд ли я вас ещё потревожу. Разве только у нас произойдёт нечто чрезвычайное, что сможет повлиять на жизнь магглов… на людей, не владеющих магией, я имею в виду. А в остальном действует принцип: живи и дай жить другим. Надо заметить, вы вели себя достойнее, чем ваш предшественник.

Он, знаете ли, попытался вышвырнуть меня в окно, решил, что это происки оппозиции.

Тут, наконец, к Премьер-министру вернулся дар речи.

— То есть как… это не шутка?

Его последние надежды таяли на глазах.

— Нет, — спокойно сказал Фадж. — Боюсь, это чистая правда. Смотрите.

И он превратил чашку на столе в морскую свинку.

— Но, — выдохнул Премьер-министр, наблюдая, как чашка принялась жевать край заготовленной речи, — но… почему мне никто не доложил?

— Министр магии ведёт дела только с действующим Премьер-министром, — ответил Фадж, убирая палочку во внутренний карман пиджака.

 — Мы считаем, что лишь таким образом можно обеспечить секретность.

— Раз так, — жалобно проговорил Премьер-министр, — почему же бывший премьер меня не предупредил?..

Фадж только рассмеялся в ответ.

— Дорогой мой Премьер-министр, а вы бы на его месте рассказали кому-нибудь?

Продолжая посмеиваться, Фадж бросил в камин горсть порошка, шагнул в изумрудное пламя и с шумным свистом исчез.

А Премьер-министр так и остался стоять посреди кабинета, понимая, что никогда в жизни, ни одной живой душе не осмелится рассказать про эту встречу, да ему никто и не поверит.

Оправиться от потрясения удалось не сразу. Первое время он пытался объяснить случившееся изнурительной предвыборной гонкой — почти не спал, вот и мерещатся всякие глупости. Лихорадочно пытаясь уничтожить все следы пребывания Фаджа, он осчастливил морской свинкой племянницу и велел личному секретарю убрать из кабинета портрет уродливого коротышки, объявившего о появлении незваного гостя.

Но, к ужасу Премьер-министра, выяснилось, что картину снять невозможно. Поочерёдные старания нескольких плотников, пары строителей, историка-искусствоведа и канцлера казначейства ни к чему не привели, и Премьер-министр сдался; оставалось только надеяться, что до конца его срока в правительстве злосчастная штуковина не будет подавать признаков жизни.