Гарри Поттер и Принц-полукровка

Некоторые родители поспешили забрать детей из школы: двойняшки Патил уехали наутро после гибели Дамблдора; Захария Смита увёз надменный отец… А вот Шэймус Финниган наотрез отказался отправиться домой и громко спорил с матерью в вестибюле, пока не добился разрешения остаться на похороны. По словам Шэймуса, миссис Финниган было очень непросто устроиться на ночлег в Хогсмиде: в деревню продолжали прибывать многочисленные колдуны и ведьмы, желавшие проститься с Дамблдором.

Поздним вечером накануне похорон с неба стремительно спустился светло-голубой экипаж размером с дом, запряжённый дюжиной гигантских крылатых паломино.

Это вызвало некоторое оживление среди студентов младших курсов, которым прежде не доводилось видеть ничего подобного. Гарри наблюдал из окна, как экипаж приземлился на границе Запретного леса; по ступенькам кареты сошла красивая смуглая женщина гигантского роста и упала в объятия ожидавшего её Хагрида…

Тем временем делегация Министерства магии, возглавляемая самим Министром, расположилась в замке на ночлег.

Гарри старательно избегал любых встреч с чиновниками, поскольку был уверен, что рано или поздно его вновь начнут расспрашивать о последнем путешествии Дамблдора…

Всё это время Гарри, Рон, Эрмиона и Джинни проводили вместе. Казалось, прекрасная погода издевалась над ними; Гарри представлял, как бы замечательно всё могло сложиться, будь Дамблдор жив. Учебный год подходил к концу, позади остались бы усталость от избытка домашней работы и экзамены Джинни… как чудесно друзья проводили бы эти дни! И час за часом Гарри откладывал на потом то, что ему следовало сделать… сказать.

Откладывал потому, что ему было слишком горько лишиться последнего источника утешения."

"Дважды в день друзья навещали больничное крыло: Невилла уже выписали, но Билл до сих пор находился под опекой мадам Помфрей. Его шрамы выглядели ничуть не лучше; по правде говоря, внешне старший брат Рона теперь весьма напоминал профессора Хмури, хотя, к счастью, оба глаза и ноги были при нём.

Характер Билла, однако, остался прежним. Пока единственной переменой явилось лишь внезапное пристрастие к бифштексам с кровью.

— …и поэтому ему повезло, что он женится на мне, — радостно заявила Флёр, взбивая подушки Билла, — ведь бррьитанцы вечно перрежарривьают мясо, я всегда говоррила.