Гарем на шагоходе. Том 4

Других девушек она не замечала, зато ее зеленые глаза блестели восторгом.

— Волк и Роза любить друг друга! — ее голосок прозвенел колокольчиком.

— Наша девочка расцвела! — прыснула Кармилла, глядя на цветочки в «волосах» дриады. — Волк, не спеши так! Что ж ты сразу срываешь цветочек?

Шони выдохнула через ноздри и сложила руки под грудью.

С тихим потрескиванием лианы стягивались обратно, укорачиваясь и возвращаясь к обычному состоянию. Роза повернулась к девушкам, положив ладонь мне на грудь, и лучезарно улыбнулась.

— Мы все любить Волк, а Волк любить нас! — сообщила она.

Кармилла захрюкала.

Сделав шаг ближе, она резко остановилась и принюхалась.

— Ого! Ничего себе аромат! Это афродизиак? Хорошие у тебя цветочки, Розочка. Пьянящие! Можно собственную парфюмерную линию открывать — от клиентов отбоя не будет! Так, пошли, не будем мешать. Тут одной тучке нужно швырнуть пару молний в нашего любимого капитана.

С этими словами она схватила дриаду за руку и потащила обратно в комнату отдыха.

Дверь задвинулась, сразу стало темнее и прохладнее.

Лицо Шондры не сулило ничего хорошего. Разве что пару пощечин.

— Шони… — начал я неуклюже, все еще ощущая остатки дурмана и сухость во рту от передозировки этой замечательной пыльцы.

— Не надо, — сразу остановила она и шагнула ближе. — Я уже все отлично поняла, так что не оправдывайся. Капитаны Волотов женаты на своих Волотах, ну а девушки… а девушки потом. Немного горько, зато правда. Не переживай, я не собираюсь закатывать сцену или увольняться.

— Это точно, — кивнул я.

Уж не знаю, кто из богов послал мне эту девушку — Арес или Афродита, — но мою благодарность словами точно выразить не получится.

Шондра отбросила косу за спину и шагнула еще ближе. Внезапно остановилась и заморгала… Потом покачнулась…

— Боже, — выдохнула она.

— Сногсшибательный, — сказал я и двинулся навстречу, потому что у девушки подкосились ноги."

"Я успел подхватить Шондру прежде, чем она рухнула. Ее тело оказалось в моих руках — одновременно ватное и напряженное. Наши лица оказались так близко, что я почувствовал ее частое дыхание и заметил, как соловеют глаза девушки.

— Волк, — ее голос прозвучал глухо, тихо, почти растерянно.

Не успел я ничего сказать, как она подняла правую руку.