Гаран вечный

Джервис, который поддерживал раненого, пошел еще медленней, не обращая внимания на понукания инопланетников.

Вдруг Бэрш остановился: — Слышите?"

"Звук? Нечто неуловимое? Айяр понял, что это, потому что уже встречался с этим. Посланец ТОГО-ЧТО-ЖДЕТ. Крылатая тень в воздухе. Она пошла ниже, Бэрш замотал головой, зажав руками уши. Хэнфорс вскрикнул. Айяр подался назад, налетел на пилота, и они упали. Айяр вцепился в него, вопреки обычному чувству отвращения ифтов к людям, но то ли ударился о камень головою, то ли его пилот стукнул… Мрак, непроницаемый даже для глаз ифта, навалился на него.

Его давно волочили. Ему было нехорошо. Тяжело, невыносимо. Он крикнул. Или лишь подумал, что кричит? Его продолжали тащить. Он хотел понять, что случилось. Наконец с усилием открыл глаза. Перед ним была спина Бэрша. Сам он находился между пилотом и полицейским… Вокруг плясали безумные тени и отблески света. Он не мог понять, что это. Но от этой пляски кружилась голова. А где Джервис, Райзек? Неужели и впрямь скрылись в воде? Или напоролись на луч бластера? Он вроде еще шагал вдоль берега, но инопланетники словно переменились. Они шли легко и странно. Бэрш уже не осторожничал, шел глядя только вперед, словно видел уже ему одному понятную цель. И тут Айяр вспомнил! Вспомнил, как появилась тень, глаз ТОГО-ЧТО-ЖДЕТ. Он узнал это, когда они с Иллиль впервые встретились с ним. Это был удар, ментальный удар по ифтам и людям. Но ифт не поддается господству ЖДУЩЕГО, а инопланетники? Они шли по ЕГО приказу! Они шли без отдыха, четкими, размеренными шагами, как роботы. Айяр не вырывался, он пытался лишь добиться ясности мысли. Визга вайтов не было слышно. Зато громыхало другое, и тоже — чуждое. Этот лязг грузных машин имел особый смысл для шагавших людей. Они остановились, повернувшись лицом к северу, в сторону звука. С верховья реки доносились слабые крики людей. Послышался треск кустов, деревьев, и появилась машина. Что это было? Не корчеватель, не огнемет, уже знакомые Айяру. Казалось, космический корабль рухнул с посадочных стабилизаторов и гигантским червем пополз по земле. Это был большегруз, мощная машина, способная тащить самые тяжелые стволы. Стрела крана, почти вырванная из гнезда, торчала криво, вокруг нее дрожала увядающая зелень. Обрывки растений цеплялись за каждую щель и каждый выступ на машине и трепетали, когда она двигалась вдоль реки разламывая кромку льда. Грохот усилился, когда большегруз вступил в схватку с рекой.