Гаран вечный

Меч Ифта, рука Ифта,Сердце Ифта, род ИфтаЗабыты во мраке, охлаждены луной.Рожденный воином встанет,Когда Круг разорвется,И упадет дерево-башня.Меч Ифта, рука Ифта!Песня тянулась в тишине. В этой песне слышался мерный шаг воинов, звон мечей, рокот деревянных барабанов.

— Меч Ифта! — повторила она и быстрым движением подняла меч, который Нейл нашел в Ифтсайге. — «Забытый во мраке, охлажденный луной»!

— Это было частью памяти Айяра, — сказал Нейл. — Ты понимаешь, что это означает?

— Мало. Чуть-чуть. Это пророчество, обещание, сделанное Ифтом-героем в день Голубого Листа.

И оно было выполнено. Но тогда был Голубой Лист, а наш лист — серый и увядший, — она поворачивала в руках меч, разглядывая его. — Это был ключ к Сторожевому Пути, мы с тобой видели это. Но, может быть, он не только ключ. Возможно, это меч Кимона или такой же. Если так, то в нем сила и власть в самой его субстанции. Иллиль, Иллиль, дай мне больше знания! — последние слова она выкрикнула почти с рыданием.

Нейл взял у нее меч. Правильно, он видел зеленые искры, горевшие на кончике лезвия, и символ на замковом камне пылал в ответ.

Но в руке Нейла этот меч был просто хорошо сработанным оружием.

— А что сделал Кимон? Он был героем пророчества?"

"— Да… Это было очень давно — в памяти туман. Кимон не побоялся опасностей Белого Леса и завоевал мир для Ифткана, так что люди его крови могли жить в Великих Деревьях. А то, что питало Белый Лес; было связано Клятвой Забвения и Отстранения. Затем Голубой Лист стал Зеленым, но Клятва все еще держалась между Ифтами и ТЕМ-ЧТО-ЖДЕТ.

Но когда Зеленый Лист опал, Ифтов было меньше, и ЖДУЩЕЕ зашевелилось. Клятва была громко произнесена перед Ифтканом, так что Пустошь не смела наступать. Но ларши, не дававшие Клятвы потому, что в день ее произнесения они не умели говорить, ответили на приглашение ТОГО-ЧТО-ЖДЕТ и пошли к нему под начало. Таким образом они создали нацию и росли количественно, в то время как Ифты уменьшались в числе. Когда Серый Лист дал почки, ТО-ЧТО-ЖДЕТ опять зашевелилось, и Башни Ифткана задрожали. Клятва была заслоном для Горящего Света, но Ларши, не дававшие Клятвы, стали руками ТОГО-ЧТО-ЖДЕТ, ЕГО оружием. Ларшей было много, а Ифтов — горсточка… — Эшла сложила руки чашей и развела пальцы. Айяр в Нейле отвечал волной ярости и отчаяния. — Так пришел конец Ифткану и Ифтам. Связующей Клятвы больше не было, и ЖДУЩЕЕ вольно было делать, что хочет, со своими слугами Ларшами.

— И это есть в памяти Иллиль? — тихо спросил Нейл.