Гангстер вольного города (СИ)

— Ты сама сказала, что хочешь заниматься другими вещами… Вот тебе и подарок судьбы! Молодой, красивый и что самое главное — боевой маг!

— Толку мне от него? Слишком молодой, пороху не нюхал. Я с яслей уже пушку в руках держала, а этот…

— Пороху не нюхал? — боров мерзко захохотал. — Он армеец. Он через горячую точку со степными племенами прошёл. Ты знаешь, на что способен боевой маг, переживший подобное и даже не получивший контузию?

— Встать на колени и сменить мне белье?

— Очень смешно. — папашке шутка не понравилась.

— Да-а-а… — протянула блондинка. — У Петеньки шея была с твою голову. Большая.

— Вот то-то и оно. Но сила этого Шамана в другом. Я не знаю, как это сказать…Но в глазах у него что-то такое… как будто не юнец он, а старик уже, понимаешь? Мудрый он. Слишком мудрый. Мой план раскусил за минуту."

"— Потому что он был глупостью с самого начала, — парировала Катя.

— Твой план, между прочим, — улыбнулся боров.

Блондинка закатила глаза, показывая своё крайнее недовольство.

— У такого можно научиться чему, раз уж ты всё-таки настолько сильно хочешь быть самостоятельной.

— Разберусь и без него.

— Набьёшь шишек ещё больше. Он смягчит и не даст тебе набедокурить.

Кириллу Петровичу пришлось уговаривать дочь почти час. И наконец отче смог заставить кровиночку поменять мнение, а потом его «скрутить и завязать в узелок».

Правда, стоило Кате увидеть Шамана, как улыбка с её лица… не сходила.

* * *Роскошное сиденье автомобиля, походившего, опять же, на дедовскую «Чайку», едва меня не зажарило. Понять не могу, с какой целью этот лысый водила держал машину на солнцепёке. Впрочем, стоило машине тронуться, а Кате цокнуть языком, как кое-что изменилось.

Водитель повернулся к нам, показывая своё странное лицо без единого волоска, а потом… в салоне за секунду похолодало.

— На службе у отца исключительно маги, — тут же затараторила усевшаяся слева от меня Катя. — Вот этот… — она вальяжно шлёпнула по водительскому креслу перед собой, — бесполезный, казалось бы, маг ледяного ветра. Просто, кроме ветра, он больше ничего не может создавать.