Г.Р.О.М.

Это один из немногих следователей, кто не отсиживался в тепле по кабинетам и кто не шарахался от работы в поле. Как и я, он бывал везде.

Это даже не просто бывший следователь, это бывший следователь по особо важным делам городской прокуратуры, который ушёл на пенсию по выслуге.

Поначалу он занял тёплое место в службе безопасности местного филиала крупного столичного банка, но его оттуда быстро вытурили, и он ушёл в менее престижный ЧОП. Причин этому две: во-первых, его подсидели коллеги, во-вторых, он много пил.

Да они все здесь пили, чего скрывать.

— Слушаю, — пробасил Чернов и выпрямился.

Я без приглашения сел за стол перед ним.

— Плохи дела, — начал я. — Тут общался сейчас с человеком Некрасова из РУБОП, Глеб, молодой такой парнишка, знаешь?

— Погоди, ты-то кто такой? — Чернов поставил кружку с чаем на заваленный бумагами стол.

У него был не местный выговор, он сильно окал и говорил очень медленно.

— Лёха Коршунов, — представился я, — ты меня всё равно не знаешь.

Пока не знаешь. К сути давай. Завтра на фуру, которую твою люди сопровождают, отморозки нападут, те самые, что с трассы кормятся, кто водителя с напарником в прошлом месяце застрелил. И твоих людей они тогда ранили, одного на инвалидность отправили.

— Ты откуда знаешь про нападение? — он напрягся. — И что именно завтра?

— От братвы утекло.

— Погоди-ка, — он потёр переносицу. — Коршунов, это же тот самый…

— Время идёт, Андрей Иваныч, — перебил я. — Эти беспредельщики уже готовятся, нападут в любом случае.

И вот это — наш шанс с ними разобраться. Набери телефон РУБОП, попроси позвать Глеба, он тебе всё подтвердит. У них уже всё готово, но нужно посодействовать. И разве не хочешь за своих ребят расквитаться? — давил я на больное, зная, что рассчитаться он с этими гадами хочет.

В кабинете у Чернова стоял кнопочный телефон с множеством функций, громкая связь там тоже была. Он сначала взял городской телефонный справочник, нашёл раздел с милицией, медленно листая страницы, и нашёл номер РУБОП.

Я терпеливо ждал.

В аппарате раздался протяжный гудок.

— Как фамилия у него? — тихо спросил Чернов.

— Сибиряков?

— Слушаю, Ткачёв, — прохрипел чей-то незнакомый голос.

— Глеба Сибирякова к аппарату пригласите, — Чернов всё смотрел на меня.

— Слушаю, — раздался голос Глеба через несколько секунд.

— Это говорит Чернов из ЧОПа «Громов и…».

— Ну наконец-то! — Глеб оживился.