Г.Р.О.М.

Почувствовал тонкий запах её духов. — Нормально доехал вчера?

— Да вот, не успел в общагу, у знакомого переночевал, — я пригласил её к скамейке.

— У знакомого? — навострила она ушки.

— Да-да, он как раз стрип-клуб держит, вот мы с ним и оторвались, — я посмотрел на неё. — Да шучу я, конечно. У друга отца был, он сдаёт комнату студентам, я тебе говорил как-то, — я проверил, не окрашена ли скамейка.

Нет, не окрашена, но пока ещё чистая, не загрязнённая, а то многие сидели на спинки, ставя ноги на само сиденье.

— А, вспомнила, ты рассказывал, — она расправила юбку и уселась."

"— Я тут, кстати, думаю переезжать в другое место, поудобнее, а то в общаге, ёклмн…

Я замолчал, заметив кое-что. Увидел, что идущие мимо люди начали ускорять шаг, и это не просто так…

А причина проста: та парочка гопников докопалась до другого человека, до того парня, Левитана. Насчёт него они решили, что вот он-то угрозы не представляет. Вот и решили сразу его давить.

Оба сели по краям от него, один нагло пихал его в плечо.

— Вот козлы, — я поднялся.

— Лёша, они какие-то стрёмные, — Юля взяла меня за предплечье. — До всех докапываются, осторожнее.

— Разберусь.

Левитан поднялся, будто хотел уйти, всё так же держал голову опущенной. Осмелевший гопник шлёпнул его по лицу.

Но ничего сделать не успел. Секунда — и гопник лежал на асфальте, вереща от боли и держась за плечо, парень только швырнул его вниз одним неуловимо быстрым броском. Второй растерялся, но решил драться, он обхватил Левитана сзади.

Тот резко наступил сопернику пяткой на пальцы ног, легко высвободился из захвата, не глядя ударил его локтем в солнечное сплетенье и обернулся, чтобы врезать ещё раз, посильнее.

Не вышло, третий атаковал его кулаком справа. И этого Левитан не заметил, правый глаз же слепой. Он пошатнулся, из кармана выпало что-то тяжёлое. Гопник ударил его в живот коленом, поднял бутылку с земли и замахнулся, целясь ему в голову…

Я на бегу врезался в гопаря плечом! Он потерял равновесие, уронил бутылку и сел задницей на скамейку, я добавил ещё раз по морде…

— Стоять, бляха-муха! — раздался резкий крик.