Г.Р.О.М.

Вроде и доказательство убедительное, но если попадёшься с таким — присядешь надолго.

— Кому-то уже давал это? — спросил я у Димкиного брата.

— Да никому я не давал! — с жаром воскликнул Олег. — Я просто…

— Просто не бывает. Знаешь, почему барыга с тобой связался? Потому что тебе — тринадцать, а уголовка за распространение дури с четырнадцати идёт. Но если думаешь, что тебя из-за этого оставят в покое — ошибаешься. Всплывёт — поедете с сестрой в детдом, а Димка из-за вас проблем огребёт на всю жизнь.

— Чё сразу детдом-то? — пробурчал подросток.

— Потому что башкой своей думать надо, — Димка к нам вернулся, сигарету, оказывается, сломал случайно. — А у тебя там насрано в башке. Вот ты догадался, Олег, вот ты…

— Тише, Димон, — я остановил его. — Говорим пока.

— Батя вот ремень из рук не выпускал, — он покачал головой. — Я порой неделю сидеть не мог, если что-нибудь косячил. А я вот с вами мягко обхожусь, жалею. Зря.

— Кто тебе это дал? — спросил я, глядя на Олега.

— Э, я чё, стукач, что ли? — насупился он.

— Ты мне не рассказывай про понятия, — прервал его я. — Хрен этот тебя подставил, а сам зарабатывать на тебе хотел. У него таких как ты пацанов — полно, и огребать будете вы все, а не он.

Димка усадил брата за стол, а я навис над ним. Снова почувствовал себя следаком, опять будто увещеваю трудного подростка в присутствии инспектора по делам несовершеннолетних. Бывало и такое. Такие задачи никто не любил, а если ещё ошибёшься в чём-то — в полку рецидивистов будет прибавление, многие же с малолетства вязли в таких делах.

Правда, иногда получалось достучаться до малолетки, чтобы хоть немного подумал. И сейчас должно получиться.

— Барыга этот, — продолжал я, — в итоге будет на воле ошиваться, дальше дурь продавать детям, а ты, как дурак, будешь в детдоме сидеть, ещё и на учёте состоять. Или что, по блатной теме решил в жизни двигаться, в детскую колонию уехать в четырнадцать? Поздравляю, вот только блатные таких барыг не жалуют, это для них люди второго сорта.

— Угу, — поддакивал Димка.

— И ты чё, детдомовских никогда не видел? Так вон ходят, мелочь стреляют, — я показал рукой на тощих ребятишек, что бродили недалеко от входа. Смотрели на нас, думали, может, оставит кто недоеденную порцию. — Сходи, поспрашивай, как им живётся.