Фронтовик не промахнется! Жаркое лето пятьдесят третьего

Потянуло табачным дымком, послышался тихий разговор.

– Парни, тихо, они рядом где-то, – шёпотом предупредил Андрей.

Деревья кончились, открылась поляна, на которой стояла большая бревенчатая изба. Вокруг неё забор из штакетника, слева темнеют хозяйственные постройки. Хутор, скорее всего кордон лесника, место глухое, уединённое. А от Москвы рукой подать. Для тёмных дел – самое то!

Бандиты, толкая перед собой Варёного, зашли в дом. Сообщить бы Феклистову, да как? У Андрея не разведгруппа армейская, рации нет. Да и где он, представления не имел.

Его под локоть толкнул Ватутин.

– Смотри, в избушке телефон есть.

И правда. К хутору шли столбы, на изоляторах, электрические, а ниже характерные телефонные. Стало быть, у бандитов связь есть. Минута шла за минутой. Несмотря на летнее время года, в лесу свежо. Послышался шум мотора, и к хутору подъехал отечественный «Москвич», из него выбрались два человека. Ещё через полчаса почти неслышно прибыл «ЗИМ». Знакомая машина! Из неё выбрались шесть человек. Ого, в доме только приехавших десяток, а оперов всего трое.

Сзади лёгкий треск веток послышался. Оперативники насторожились, взялись за пистолеты. Бандиты?

И знакомый голос Феклистова:

– Спокойно, свои. Фролов, введи в обстановку.

Андрей доложил:

– Прибыли три машины. В «Победе» привезли, по-видимому, Варёного.

– Сами видели. Четверо во главе со смотрящим и двое захваченных. Один точно Гога, глаз у него один, с повязкой. Другого опознать не успели, – наверное, подельник Варёного по убийству Бугая.

– Весёлая компания.

– Сколько человек на хуторе?

– Не знаем.

– Гранату бы им в окно.

– А лучше две.

– Кровожадный ты, Фролов, – хихикнул Феклистов. – Дадим время на разборки или сразу войдём?

– Ты начальник, тебе решать. Я бы подождал. Гогу могут для сходки в живых оставить, всё же вор в законе.

– Сам так думаю, хотел подтверждение своих мыслей получить.

Ну да, войди сейчас, какие обвинения предъявишь? Собрались? Так выпить, погулять, сыграть в карты. Не запрещено законом. Придётся утереться и уйти. Феклистов распорядился:"

"– Гаевой, обойди хутор сзади, Пименов – слева.