Фронтовик не промахнется! Жаркое лето пятьдесят третьего

Старший из них сказал Андрею:

– Шевеление в воровском мире второй день, понять не можем, какой повод. Думали – воровская сходка намечается. А они исчезнувшего Бугая ищут. Погоняло у него такое было. Обыск на квартире у него делать надо. Дело у тебя в производстве?

– У меня.

– Пиши запрос к прокурору, надо ордер на обыск. Как получишь, телефонируй нам, обязательно подошлём кого-то. Там много занятного может быть. При условии, что воры там не побывали.

В общем, часа полтора на разговоры ушло. Из МУРа Андрей созвонился с Терентьевым, договорился о встрече, адрес ему бывший опер дал.

Пенсионер вовсе не был древней развалиной, каким представлял его Андрей. Довольно подвижный сухопарый пожилой человек.

– Мне Феклистов звонил, о вашем визите предупредил. Проходите, садитесь. С чем пришли?

– Дело веду об убийстве Бугаева Владимира Алексеевича.

– Бугая убили?! Это новость. Не знал. Когда и как?

Андрей рассказал.

– Он в Сокольниках жил. Записывай адрес. От активных дел отошёл, всё же туберкулёз, одышка.

– Обыска на квартире ещё не делали, к прокурору за санкцией на обыск ещё пойду.

– Пустой номер. Для справки в дело обыщи. Поинтересуйся любовницей. В Измайлове проживала. Сейчас адресок подскажу.

Бывший опер порылся в бумагах, записал на листке.

– Вот. Верещагина Клавдия Владимировна, раньше мамкой была, бордель содержала.

Андрей поблагодарил опера, собрался уходить.

– Может, чайку? Небось не обедал ещё? Или чего покрепче?

– Не обедал, это правда. С удовольствием ещё бы побеседовал, но времени нет, в прокуратуру надо, за санкцией.

Андрей на перекладных добрался до райотдела, запрос на проведение обыска в квартире убитого на машинке отстучал.

За дверную ручку своего подъезда взялся, почувствовал – человек сзади. Обернулся резко. Мужчина лет тридцати, одет неплохо.