Фронтовик. Без пощады!

Единственное, в чем он убедился – посторонние лица к жильцам в это время не приходили: никто не вызывал «Скорую», не привозил мебель, не приглашал сантехников. О чем он с облегчением и доложил вечером начальнику.

– Зато у меня для тебя есть новости, – сказал Василий Федорович. – В Балашихе, на барахолке оперативники обнаружили, по нашей ориентировке, похожие подсвечники. Возьми подробную опись, изучи и завтра с утра езжай к ним. Если приметы сойдутся, крути продавца.

– Понял.

Андрей уже устал, но знал, что дело превыше всего.

Утром он выехал в Балашиху на электричке. Местные оперативники только закончили планерку и встретили коллегу приветливо. Один из них достал из шкафа два подсвечника:

– Смотри.

Андрей взял подсвечники в руки, повертел, внимательно рассматривая. Особые приметы сходились. Подсвечники были украдены у коллекционера в Кривоколенном переулке – это не вызывало сомнений.

– Продавца допросили?

– А как же! Только толку с этого никакого, сам знаешь. Говорил, что купил подсвечники у неустановленного лица и сам хотел на перепродаже заработать. Раньше ни в чем противозаконном замечен не был, взять не за что. Ему даже сто шестьдесят четвертую статью о скупке краденого вменить нельзя, он утверждает, что не знал о том, что вещи краденые.

– Описание того, кто продал ему подсвечники, продавец дал?

– Бесполезно. Среднего роста, лица не помнит.

– Черт, никаких зацепок!

– Пиши бумагу о передаче вещдоков и забирай свои канделябры.

– Подсвечники!

– Да нам все равно.

Андрей написал бумагу, поставил подпись. Эх, не догадался он взять мешок или кусок ткани – завернуть подсвечники.

В электричке на него многие смотрели с интересом, а один старичок не выдержал, подошел:

– Простите великодушно за любопытство – не продаете?

– Сам купил, – соврал Андрей, чтобы отвязаться.

– Старинной работы вещицы, сейчас такие не делают, – вздохнул пассажир.

Сидевший рядом с ним молодой парень хохотнул:

– Дед, зачем они тебе? Сейчас лампочки повсюду есть. А подсвечники – пережиток прошлого.

– Вот она, нынешняя молодежь! Какая в лампочке красота – свет только!

– Отсталый ты, дед! – Парень отвернулся к окну.