Фронтир. Том IX. Глубокий космос

Янтарь тоже стал заползать под щиты, оценив какую мощность они набрали. Адмирал согласился с нашими действиями.

— Вооружение станции нам неподконтрольно, мы его отключили. Приоритет на защиту Эйнштейна, вряд ли истребители смогут повредить броню Генератора.

После команды он повторил своё предупреждение о том, что Сайлентам ничего не достанется.

— Мы скорее умрём, чем отдадим вам хоть что-то, — добавил я. — Вы просто потеряете корабли и людей.

— У нас ваши люди, — ответил мне неизвестный и показал фотографию лежащего в камере Шерифа.

— Засунь свой блеф себе в задницу.

— Мы будем их пытать, если не станешь сотрудничать.

Он подкинул ещё фотографию нескольких людей, привязанных к столам, и вот тут я фыркнул.

— Что, и Марси взяли? А ничего, что она здесь? Сплоховала ваша разведка.

— Пусть так, но мы до них доберёмся. Наверняка где-то на Горизонте Событий есть копии, — тон собеседника стал угрожающим. — Сдавайся, продажная рожа, или вам конец. Последнее предложение — передаёте исследовательские данные, сам знаешь какие, эсминец.

— Встречное предложение — выпрыгни в шлюз без скафа и тогда не придётся медленно подыхать под пытками.

Вражеские корабли начали на пробу стрелять по щитам станции. Наши силы встали между лучами так, чтобы не мешать излучателям и наблюдали тщетные потуги. Весь огонь бессильно растекался по щитам. Но Сайленты, а это точно были они, пустили вперёд москитку.

Поняли, сволочи, план адмирала. Или им его сдал шпион.

Мы ринулись навстречу, стараясь отпугнуть кулак истребителей и корветов.

На трёх из четырёх направлений стояли наши корабли и работали турелями.

— Эрик, давай к нам! — почти крикнула Анна. — По тебе запустили десять ракет!

Я видел и ускорялся к щиту, сфокусировавшись на ОТО. Одну сбил, вторую. Противоракеты ушли…

На мне сидели сразу четыре, пришлось включить накачку.

— Внимание, щиты двадцать процентов!

— Ты сейчас разобьёшься! — воскликнула Анна.

Отвечать времени не было. Выполнил разворот кормой вперёд и включил форсаж, одновременно отклоняя курс от пролетевшего шара плазмы. Ракеты приближались, около противников взорвались откуда-то взявшиеся дымовые — светящиеся белые облака слепили сенсоры.

А затем восемь алых лучей и шесть рельсовых снарядов пронзили пространство рассеянным ударом.