Френдзона

- Это станет для нас проблемой?

Он делает паузу, засовывая одну ногу в спортивные штаны, тогда как вторая нога все еще вне штанины.

- А ты собираешься сделать из этого проблему?

- Послушай, я не могу делать вид, что ничего не видел, хотя, вероятно, это бы все для тебя упростило.

Он фыркает, обуваясь, но не завязывая шнурки, словно спешит со всех сил свалить отсюда.

- Но в конечном счете, это не облегчило бы ситуацию, - заканчиваю я.

- Клянусь богом... - Роландо поднимает руки, и я замечаю, как они дрожат. - Если ты начнешь тираду белого мальчика и всякую давай-поговорим-о-наших-чувствах херню.

- Сядь, Лондо.

Когда он хватает сумку и делает движение в сторону выхода, мой голос, твердый и низкий, раздается по раздевалке.

- Сядь. На фиг.

Восклицаю я, поднимая голову и встречаясь с ним взглядом. Это игра ""кто кого"", но я не моргаю, не сдаюсь. Лондо может быть ублюдком, но я больше и ловчей. Я даю ему минуту, общаясь с парнем одним лишь взглядом.

Хмурясь и бормоча что-то себе под нос, Роландо опускается на скамью возле меня.

- Что еще?

Я почти улыбаюсь в ответ на его раздраженный тон, вот только эта ночь вошла в официальный дерьмовый список, и я просто хочу, чтобы все закончилось. Мои пальцы сжимаются, пока сижу здесь.

- В старшей школе у меня был друг, Джейсон. Он играл принимающим. Он... гм... - ком становится поперек горла, и я откашливаюсь. - Будучи второкурсником он попытался повеситься.

Между нами воцаряется абсолютное молчание. До тех пор пока я снова откашливаюсь.

- Он не смог с этим справиться.

Голос Роландо срывается, когда он произносит:

- Зачем ты говоришь мне все это?

Я рискую взглянуть на него, замечая, как побледнел мой друг. Мои глаза жжет. Так больно думать о Джейсоне.

- Я хочу быть честным. Ни на секунду не думай, что я отвернусь от тебя, изменю о тебе свое мнение.

"Он отводит взгляд, а затем кивает. Единожды. Резко. И мое дыхание становится немного легче. Но я не произношу больше ни слова, зная, что он скажет мне все, если захочет. Мы просто сидим вместе в течение целых двух минут, прежде чем Роландо наконец решает заговорить.

- Это давит на меня. Сокрытие всего этого. Притворство тем, кем я не являюсь.