Френдзона

- Я помню, как дорос до такого роста. Тогда я ударялся почти что обо все. По факту я ощущал себя Гулливером среди лилипутов. Иногда я до сих пор так себя чувствую.

- Ага, но ты двигаешься так грациозно.

В уголках его глаз появляются морщинки.

- Никогда не позволяй им увидеть твою слабость, верно? И серьезно, Мак. Ты идеальна такая, какая ты есть. Я люблю то, что мне не нужно горбиться, чтобы встретиться с тобой взглядом на одном уровне. Так что никакая безумная речь не заставит меня отправиться домой с парой спортивных фанаток, прикосновений которых, я даже не хочу ощущать на своем теле, к слову.

- Ладно, ладно. Твоя взяла.

Мы смотрим друг на друга и киваем в знак согласия, улыбаясь, но все еще испытывая чувство неловкости. А затем снова молчим.

- Ты должен знать, - говорю я медленно, потому что, кажется, так и не смогу это вымолвить, - я не слишком хороша в том, что касается благодарности. Я всегда говорю все неправильно.

В ответ на это Грей кладет ложку и откидывается на спинку стула, а затем проводит рукой по волосам.

- Мне в некотором роде нравится это твое качество, Мак.

А мне нравится все в Грее.

- Я имела в виду, что рада тому, что ты здесь.

Его усмешка становится шире.

- Я тоже, - но он делает паузу, в течение которой его брови сходятся на переносице. - И я не трахаюсь с кем попало каждую ночь. Это так, для ясности.

- Значит, только каждую вторую ночь? - дразню я.

Его губы кривятся в вымученной улыбке.

- Ага, возможно, что так, - насыщенно голубые глаза смотрят на меня. - И друзья всегда прежде всего.

- Братья важнее шлюшек? - говорю я, вспоминая сказанные сегодня Маршаллом слова.

Грей смеется."

"- Что-то в этом роде. Только моя мама не учила меня называть женщин шлюхами, - его взгляд останавливается на моей груди на достаточно длительное время, чтобы я почувствовала это, а затем наши глаза встречаются. - И ты определенно, не брат.

- Рада, что ты заметил.

- Трудно не заметить, Мак, - он произносит это таким сухим тоном, но тот его взгляд был явно оценивающий и заинтересованный, и от этого моя голова идет кругом, а тело наливается жаром.

Хмурясь, я ем суп, пытаясь тем самым скрыть свое волнение.

Очевидно, Грей более стойкий.

- У меня никогда раньше не было девушки. Так что вероятно, время от времени, я буду вести себя как редкостный придурок, - румянец заливает его щеки. - То есть, у меня не было девушки друга.