Френдзона

– Я не ставила нашу дружбу под сомнение! – огрызнулась она.

– Хорошо, – он снова сделал глоток. – Снова этот Влад, он поставил нашу дружбу под сомнения. Сама задумайся, какой глупый вопрос. Вот почему ты со мной дружишь?

– Потому что… – и Кира замолчала, осознавая, на сколько это сложный вопрос. – Потому что когда ты рядом, мне хорошо, когда тебя нет, мне плохо.

– А как именно тебе хорошо, Кира? – молодой человек посмотрел на неё без намёка на улыбку. – Что значит это хорошо? Что ты ощущаешь?

– Я не готова отвечать на эти вопросы, и теперь я захотела виски, – она нахмурила свои каштановые бровки.

– А от меня ответов требовала, но теперь нам есть над чем подумать, – он поднялся с дивана. – Главное ты повеселилась. Я спать, доброй ночи.

Вадим плавной походкой, не торопясь, покинул комнату. Кира провожала его взглядом, она не могла понять, что происходит, но с ними что-то происходит. Словно они отдаляются, и смотрят на друг друга со стороны, совсем по-новому. Словно четырнадцать лет дружбы они что-то упускали.

Кира выключила свет и в темноте уставилась в потолок. Ну как теперь уснуть после всего произошедшего? Она по-настоящему запуталась, и раньше можно было пойти поговорит с Вадимом, а теперь и он причина её путаницы… раньше она могла прийти ночью и завалиться к нему под бок, а сейчас её это смущало… в этих терзаниях, девушка провела примерно час… а потом, она почувствовала острую необходимость пойти к другу, словно проверить, что это за новые мысли и чувства.

Как приведение, в одной футболке, она прокралась в комнату друга, он спал, раскинувшись на всю кровать, он был такой длинный. Кира залезла на кровать и села, поняв, что не может лечь… совсем! Теперь близость друга, ей казалась близостью мужчины. Значит, правда что-то не так. Эта встреча с Владом будила в ней что-то другое, она стала ощущать границы интимности мужчины и женщины? Она стала ощущать себя чувственной женщиной! И, наверное, поэтому почувствовала по-другому Вадима.

– Что ты тут делаешь? – хриплый шёпот Вадима, показался таким громким в этой тишине, что она испугано дернулась.

– Не знаю, – ответила Кира, внимательно посмотрев на перевернувшегося на бок Вадима, который тёр лицо руками. – Мы словно что-то не договариваем, и я не могу уснуть.

– Кира, прекращай, – она видела, что он сердился.

– Вадим, я поняла вопрос! Он должен звучать так, – она убрала волосы за уши и поерзала.