(не)свободные, или Фиктивная жена драконьего военачальника (СИ)

Проекция рябила, черты её лица были еле различимы, а я бы очень хотел увидеть жену. Успел соскучиться всего за несколько дней. — Только устаёшь. Надо использовать очень тонкие нити. Правда… — она будто замялась. — Мне кажется, после… нашей ночи… мне легче даётся управление стихией.

— Каналы раскрылись, стихия должна подчиняться лучше, — кивнул я. — Инициация пройдена, теперь тебя ничего не ограничивает. Резерв будет легче расширяться ближайшие недели. Если появится возможность получить кристалл, воспользуйся ей. Ну и когда вернусь, отправимся искать тебе духа.

— Уже? — усмехнулась она.

— Конечно, пора.

— Тогда быстрее возвращайся, — в этот момент связь стала лучше, и я увидел мягкую улыбку на губах Джослин.

— Постараюсь. Тем более, я очень соскучился по жене.

— Я тоже скучаю, Итан, — произнесла она на выдохе, и её признание отозвалось теплом в груди. — И переживаю. Будь осторожен.

— Как всегда. Иди отдыхать, у вас уже ночь.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, — завершив сеанс общения с Джослин, я поморщился, взглянув на покрытый пылью стол, и убрал артефакт в карман.

Долгий путь остался позади. После поездки на магмобилях пришлось перейти к полёту на собственных крыльях, и даже некоторое время перемещаться через лес пешком, чтобы случайно не привлечь внимание патрульных. Чёрная зона опасна, но мы работали в ней пять лет, знали лазейки, умели продвигаться, не привлекая внимание порождений. Потому быстро добрались до сети гор, а там снова встали на крылья. И добрались до скрытого среди высоких скал замка, что когда-то был пограничной крепостью защитников страны.

Я призвал книгу и создал несколько бытовых заклинаний. Комната отличная, здесь можно расположить кровать, есть стол, окна предоставляют отличный обзор на раскинувшуюся перед горами долину. Но, конечно, большую часть времени мы проведём на годрисах. Все входы в астрал контролируются Советом, в них внесены территориальные ограничения, которые невозможно преодолеть.

— Итан, ты уже облюбовал лучшую комнату? — в кабинет заглянул Калеб.

Он был весел, как всегда, но то лишь первое впечатление. В карих глазах друга плескалось пламя ярости. Все мы были разгневаны покушением на Картера.