Фортуна благоволит грешным

– А мне следовало позволить тебе это делать, – тихо сказал он.

Глава 12

Утром следующего дня стояла прекрасная погода, и Шарлотте очень хотелось чувствовать себя красавицей, ведь красота – лучшие доспехи женщины, даже если она, эта женщина, – дочь викария и старая дева.

И именно в это утро они с Бенедиктом собирались кое-что предпринять – договорились об этом за завтраком, когда Шарлотта рассказала о своем плане.

– Мы не можем охотиться за золотом, – сказала она. – Нам нужно охотиться за человеком, который знает, где оно спрятано.

– Я услышал слова «мы» и «нам», – отозвался Бенедикт. – Означает ли это, что я больше вам не противник?

– Вы никогда им не были. – Шарлотта глотнула черного, слишком крепкого чая и слегка поперхнулась. С тех самых пор, как она испытала с Фростом наслаждение – или он доставил ей наслаждение? – ее сердце по отношению к нему странным образом смягчилось. – И да, я сказала «мы». Я знаю, что вы тоже хотите найти соверены, но я пришла к мысли, что мы нужны друг другу для того, чтобы это сделать.

– Расскажите поподробнее, – сказал Бенедикт, упершись локтем в стол и подпирая ладонью подбородок.

– Ну… всегда ведь есть человек, который что-нибудь знает. Например, возница, который взял в свой экипаж сундуки. Или слуга, который погрузил монеты в сундуки. А также человек в монетном дворе, который смотрел в сторону, пока незнакомый кучер принимал в свой экипаж груз.

Бенедикт нахмурился и проворчал:

– И где же все эти люди? Либо мертвы, либо им хорошо заплатили за молчание.

– Нет, они не в Лондоне, – перебила Шарлотта. – По крайней мере, не были там позапрошлой ночью. – Той ночью, когда Эдвард Селвин вернулся в свой особняк. Хотя, конечно же, ей следовало выяснить, когда именно он прибыл.

– Да, понимаю… – кивнул Бенедикт. – Человек, который на меня напал, – один из тех, кому что-то известно, верно?

– Думаю, что так.

– И вы полагаете, что тот, кто убил Нэнси, был…

– Тем, кто расплатился украденной монетой. Но, должно быть, Нэнси что-то заметила или услышала… В общем, узнала что-то такое, чего не должна была знать.

– Но теперь, получается, что и я – тоже, – заметил Бенедикт. – Во всяком случае, убийца почему-то так считает.

– Вот почему я хочу, чтобы вы держались около меня, – сказала Шарлотта. – Вы можете стать мишенью.

– Или приманкой, – добавил Бенедикт. Казалось, подобная перспектива его веселила. – Вы же по-прежнему носите при себе нож?

– Да, захвачу, – пообещала Шарлотта.