Формула одиночества

Конечно, кровная месть абсолютно противоречит устоям христианства, тем более православной церкви. При советской власти с этим явлением усиленно боролись, но многовековые обычаи сильнее и зачастую, поверьте, благороднее.

– Вы очень любите Абхазию, – улыбнулась Марина. – И так много знаете об обычаях ее народа. Жаль, что мне скоро уезжать. Очень хочется пожить здесь чуть дольше, но дела не позволяют.

– Арсен сказал, что вы историк. Знаток древней истории.

– Знаток? – усмехнулась Марина. – Так, заглянула краешком глаза.

– Многим не дано и этого. Кому-то из-за собственной лени и отсутствия любопытства. Кому-то в силу обстоятельств. Я вот мечтал в свое время писать книги, но жизнь повернула по-своему. Но на все воля господня! – Лавр перекрестился. – Создатель посылает нам испытания, чтобы проверить нас на прочность. Совесть – катализатор наших поступков. Если совесть в тебе замолчала, значит, твоей душой завладел дьявол.

– Я заметила, что абхазы за словом в карман не лезут, и, самое главное, они с великой любовью относятся к жизни.

– Вы правы, – улыбнулся Лавр. – Порой я пытаюсь записывать их перлы, но на бумаге это не всегда выглядит смешно. Тут важна не только ситуация, но и жесты, интонация, тот легкий акцент, с которым они говорят по-русски. Вы видели моих овчарок? Серьезные парни! Бирюка – матерого волка-одиночку – завалят в две секунды. А слышали бы вы, как их ругает мой помощник по хозяйству – Маджи. «Я вам ротик порву и ножки поломаю!» – на полном серьезе кричит, а они виновато так на него косятся и стараются убраться подальше.

"– Наверное, только в Абхазии водитель частенько выходит из машины не для того, чтобы предъявить документы гаишнику, а расцеловаться с ним и благополучно покатить дальше, – снова улыбнулась Марина. – В России это выглядело бы крайне странно, а для водителя – наверняка печально. Еще я заметила, что Игорь практически говорит пословицами.

– Вы бы послушали абхазских стариков. Это даже не пословицы. Нужно изрядно напрячь мозги, чтобы понять, что именно тебе сказали, да еще с хитрой усмешкой на устах. Иносказательность – их конек, но так передаются молодежи мудрость и опыт старших. Через тренировку ума и сообразительности. Да и суд здесь зачастую тоже правят старики. Свой суд – народный, и неподчинение его решениям равносильно потере чести.