Флеш Рояль (СИ)

Она пошатнулась и чуть не упала, Тимур поддержал, но мир упорно не хотел фокусироваться в одну точку, предметы вокруг прыгали, потом закружились каруселью и, наконец, спасительное забытье окутало ее, и последнее, что она помнила, это испуганное лицо Тимура.

Глава 37

На лице Михаля ни один мускул не дрогнул, когда он увидел разукрашенного Максима в залитой кровищей футболке. Что за выдержка у человека? Макс помнил, как ему обломком стены чуть башку не снесло, а он и бровью не повел, только пыль с плеча струсил. Михаль молча пересел за руль «бэхи», Марго с Максом загрузились на заднее сидение.

Если что-то и могло сейчас отчасти облегчить состояние Максима, то исключительно осознание того, что он наконец-то набил морду Тимуру. Макс не думал, что настолько утратит над собой контроль, но стоило увидеть в коридоре Багрова Динины босоножки, его тут же накрыло."

"Максим специально затянул Марго к Тимуру под совершенно ерундовым предлогом и должен был наигранно взбелениться именно из-за увиденных босоножек.

Эта скотина раздела ее, он прикасался своими погаными руками к его девочке. Пусть уже не его, пусть Макс отдал Дину Тимуру, но ведь тот обещал, что не тронет ее, пока она сама… Он должен был просто уложить ее на диван, как будто она прибежала к нему, наплакалась и уснула, а этот, мать его, режиссер-эротоман, Тинто Брасс гребаный, устроил тут девять с половиной недель…

Как они не поубивали друг друга, Макс так и не понял, наверное, здесь стоит поблагодарить Марго.

— Куда тебя везти? — спросил Михаль, глядя на них в зеркало внутреннего обзора. — Домой?

— Я домой не поеду, — Максим мотнул головой и запрокинул ее, чтобы остановить кровь, Марго пыталась вытереть ему лицо салфетками, — там все о ней напоминает, — и это была правда.

— Зачем она тебе понадобилась, Максим? — Марго прижалась к нему, разве что на колени не забралась, но сегодня она точно в его планы не входила. Максу еще предстояло сообразить, как пустить и удачнее донести до нее слухи о его сексуальных предпочтениях, при которых вопрос о детях отпадет сам по себе.