Фитнес для Красной Шапочки

Ранее гулять по отделению мне не приходилось, и я шла, что называется, наудачу. Одна дверь, выходящая в коридор, была чуть приоткрыта, в лунном свете виднелись очертания двух кроватей. «Палата», — сообразила я и на всякий случай заглянула туда. Прямо возле двери стояла вешалка, на ней висело несколько халатов, один больничный, теплый, а возле постели, на которой мирно спала женщина внушительной комплекции, стояли тапочки. Я сунула в них ноги — великоваты, но сойдет, схватила два халата и припустилась по коридору.

Я торопливо спустилась с третьего этажа, где располагалось отделение, на первый и оказалась перед запертой дверью, правда, заперта она была изнутри и не на ключ, а на задвижку, так что я без осложнений выскользнула на улицу.

Было холодно — и я поспешила одеться, вместо пальто сойдет больничный халат, а вот со вторым халатом я дала маху — он был на пять размеров больше и волочился по земле.

— Ну надо же, — обиделась я, стараясь хоть как-то его подвернуть. Пока я вела борьбу с халатом, из-за угла показалась машина, осветив фарами пространство перед подъездом. Я поторопилась укрыться в кустах, пробежала вдоль стены и оказалась у другого конца здания, отдышалась и отважно шагнула на тротуар.

Никто не заорал «держите ее», и это было уже хорошо. Теперь следовало решить, куда я хочу попасть. Идти по улицам в таком виде неразумно, могут в психушку отправить. До своей квартиры я точно не доберусь, да и опасно мне туда возвращаться. Словом, выходило так, что мне одна дорога — к Ольге. Живет она неподалеку, и о ней мало кто знает, знакомы мы с ней всего месяц.

Не раздумывая, я свернула на улицу Батурина: выбора у меня все равно не было. Мелкими перебежками, без конца оглядываясь и тяготея к кустам и подворотням, я вскоре вышла к Ольгиному дому, вбежала в подъезд и позвонила в квартиру на втором этаже.

— Кто? — сонно спросила Ольга из-за двери, когда я едва не отдавила себе палец о кнопку звонка.

— Полина, — ответила я, радуясь, что смогла разбудить подругу.

Она распахнула дверь и, разумеется, вытаращила глаза. Ничего удивительного в том, что у людей при виде меня отваливается челюсть, — выгляжу я, мягко говоря, необычно.