Фитнес для Красной Шапочки

— В чем?

— В том, что это случилось с тобой?

— Нет, конечно. Просто все ужасно запуталось, и меня это беспокоит.

Виктор собрался что-то ответить, но тут в дверь позвонили условным сигналом. Виктор нахмурился и с недоумением посмотрел на меня.

— Светка, — сказал он шепотом. Я нахмурилась, выходит, парень несколько исказил действительность и теперь не знает, куда меня деть: то ли в шкаф запихнуть, то ли выбросить в окно.

— Мне что, спрятаться? — спросила я, не приходя в восторг от этой идеи.

— Зачем? А-а… нет, конечно.

— Может, ты откроешь дверь и узнаешь…

— Она могла бы позвонить по телефону, — продолжал он думать вслух. В дверь еще раз позвонили. Виктор поднялся и пошел в прихожую, я осталась в кухне. Щелчок открываемой двери, голос Виктора: «Ты чего…» Затем какой-то шум, возня, а вслед за этим знакомый голос: «Не дергайся»."

"«Ну вот и Павел пожаловал», — с тоской подумала я, косясь на окно. Второй этаж.

В этот момент в кухне возник Игорек и сказал, радостно скалясь:

— Павел, ты посмотри, кто у нас здесь.

Павел посмотрел и вроде бы тоже обрадовался.

— Счастье мое, — пропел он, — как ты себя чувствуешь?

— Уже не очень, — отозвалась я, — до вашего появления было лучше.

— Выглядишь божественно. Как твоя головка, не болит?

— Болит. И кошмары мучают.

— Ничего, пройдет, — заверил он и повернулся к Игорю:

— Давай их всех в комнату.

Я поднялась, не дожидаясь особого приглашения, и пошла за ними. В прихожей с понурым видом стоял Виктор под присмотром Артема, а также Светлана, испуганная и несчастная, она жалась к стене, сцепив на груди руки. Артем легонько ее подтолкнул, и она, Ойкнув, побрела в комнату. Виктор вошел следом. Мы втроем устроились на постели, Павел в кресле, а Игорь с Артемом заняли позиции возле двери и окна, как будто кто-то всерьез хотел прыгнуть со второго этажа.

— Ну вот, все в сборе, — удовлетворенно сказал Павел. Он сверлил нас взглядом, а я терялась в догадках. Первый и основной вопрос: на кой черт мы ему? Если он Мелеха убил, ему бы сидеть и носа не высовывать, ну, и радоваться, конечно, тоже, если есть с чего. И тут меня озарило: а если Мелеха убил кто-то другой? Ох, мама моя, сейчас начнется, кому я сказала да на кого я работаю… Сотрясение мозга за счастье покажется.