Финал

Выбирай, кого спасать: его и империю или только саму себя? – Джекс одарил Теллу игривой улыбкой, сверкнув ямочками на щеках.

– Ты сумасшедший! – воскликнул Хулиан.

– Не делай этого, – добавила Скарлетт.

Но их возражения казались несостоятельными и даже глупыми. От напряжения у Теллы зазвенело в ушах. Потому что Джекс вовсе не спятил – сколь бы усердно она ни утверждала обратное. Он был полон решимости сделать все возможное, чтобы получить то, чего он хотел, и, к сожалению, хотел он ее.

– Если ты сделаешь это, – медленно проговорила Телла, – я буду вечно тебя ненавидеть.

– Нет, любовь моя. Если я сделаю это, ты, наконец, перестанешь меня ненавидеть.

Улыбка Джекса исчезла, и на мгновение он показался самим воплощением отчаяния, оболочкой человека со впалыми щеками, заплывшими глазами и пятнами крови на груди. Он был бессмертным, который не мог умереть, но не мог и жить полноценной жизнью, потому что то, что он хотел поглотить, наоборот, пожирало его самого. Телла считала, что хотеть кого-то, не испытывая при этом любви, похоже на бесконечный голод – даже если бы удалось удержать желанного человека при себе, этого никогда не было бы достаточно, а отпустить было бы еще хуже.

Ей следовало бы догадаться, что их связь нельзя разорвать одним ударом ножа. Или тот порез как раз и стал предтечей нынешних событий. Возможно, Джекс позволил ей расторгнуть их брак, потому что их связь заставила его по-настоящему заботиться о ней, что выходило за рамки его бессмертных чувств одержимости, помешательства, вожделения и жажды обладания.

Госпожа Удача предупреждала, что если Джекс не полюбит ее, то его одержимость ею уничтожит ее. Если бы Телла сказала «да», именно это и произошло бы. Возьмись Джекс контролировать ее эмоции, и она будет чувствовать только то, что доставляет ему удовольствие или помогает утолить ненасытную жажду к ней.

Телле отчаянно хотелось верить, что есть другой способ, но в голову ничего не приходило.

Телла судорожно вздохнула. Легендо должен был провести вечность с ней, а не сидеть за решеткой.