Фиговый листочек от кутюр

Ефим присел у стола и завел разговор, суть которого сводилась к одной простой мысли: если Ася согласится рассказать следователю то, что предлагает Ефим, она получит однокомнатную квартиру в новом районе Фаломеево. Правда, расположен он очень далеко, до ближайшего метро сорок минут на маршрутке, магазины еще не открыты, и рядом железная дорога, по которой с грохотом проносятся днем и ночью поезда. Квартира без отделки, голые бетонные стены. Но это будут свои стены, а остальное можно нажить, упорно работая.

Поэтому Асенька ответила классической фразой:

– Сначала деньги, потом стулья.

Ефим кивнул:

– Конечно.

На следующий день он привез красивую бумажку с печатями. Ася, не веря своему счастью, схватила документ и чуть не завизжала от восторга. Квартира в неведомом Фаломееве была ее. Конечно, она сказала следователю все, что велел Ефим.

– Очень глупая выдумка про шкаф, – вздохнула я. – Что делать станешь, если милиционерам придет в голову мысль об обмане? Кстати, знаешь, лжесвидетельство преследуется по закону!

Ася вздрогнула и промолчала.

– Ладно, авось обойдется. Кстати, куда ты собралась?

– В Фаломеево.

– Так квартира же без отделки!

– Ничего, вода есть, канализация тоже, и электричество подведено, поставлю раскладушку, все лучше, чем здесь.

Я помолчала и сказала:

– Ну хорошо, а адрес какой?

– Улица Ковригина, дом семь, квартира сто. Потом вновь на работу устроюсь, через «Домовой», с проживанием, деньги-то нужны.

Я ничего не сказала, повернулась и, стараясь не дышать, пошла через вонючую прихожую к двери.

Глава 11

Сев в машину, я закурила и медленно повернула ключ зажигания. «Жигуленок» заворчал, пару раз чихнул и поехал. Значит, Ефим. Решил избавиться от дорогой мачехи и состряпал убийственные (простите за идиотский каламбур) показания. Внезапно в голову пришла мысль, от которой я чуть не заорала. Ну и дурака я сваляла! Поболтала с Асей, узнала массу интересного, но… Это же просто разговоры, вот если бы рассказ был произнесен в присутствии адвоката или нотариуса, тогда он превратился бы в показания, которые могут помочь Раде.

Я нажала педаль газа и помчалась в Алябьево. В доме должен быть телефон Олега Павловича.

Не успев войти в дом, я налетела на Макса.

– Послушай, ты знаешь координаты Олега Павловича?

– Вересова?

– Адвоката, который сейчас защищает Раду.

– Это он, Вересов Олег Павлович.

– Подскажи его телефон или адрес.

– Посмотри в книжке, там на столике, а зачем тебе?

– Поговорить с ним хочу.