Все дороги ведут к тебе

Скрутила чувства в тугую пружину. В попытке выиграть время, он отошел к окну и тихо выругался. Потому что не готов был видеть ее сейчас. Никоим образом не готов, а она стояла там... за стеклом, запрокинув голову к небу, и ловила губами крупные, лохматые снежинки. Сердце пропустило удар. В ушах зазвенело...

- Лия, ну, какой гулять?! Кто гуляет по такому морозу?!

- Ну, Сашенька... Ну, пожалуйста, пойдем, а? Ты ведь и так все время работаешь. А я одна, и одна. И потом... Скоро ведь Новый год - на улице так красиво!

Он закатил глаза к небу и послушно поплелся одеваться.

Знали бы мужики, какие веревки из него вьет жена - не поверили бы. Да он и сам не верил, что так размяк. Не планировал, что брак принесет ему столько радости. Даже представить не мог. А это оказалось так охренительно хорошо, когда тебя по-настоящему любят. Когда встречают, радостно улыбаясь. Потому что ты - это ты, а все остальное неважно! Так охренительно хорошо в этом насквозь лживом и напрочь прогнившем мире... Мире дорогих машин и дешевых женщин. В мире больших сделок и обмельчавших людей. Она принесла что-то новое в его жизнь. Она принесла покой.

Вокруг все считали, что он женился по расчету и с дальним прицелом. Глупые, они восхищались его многоходовкой, и даже не догадывались, как все обстояло на самом деле. Правильно понимал ситуацию разве что Глеб. И то... Чалый сам его подтолкнул к этой мысли, когда в ответ на подначку друга в адрес жены он тихо велел ему заткнуться. Глеб дураком не был. Бросил взгляд на смущенную, ничего не понимающую Лию, и медленно кивнул головой.

- Встрял ты, Чалый. Ох, и встрял, - прокомментировал много позже.

- Занимайся своими делами!

- Да, я че... Ты, главное, не отсвечивай. Так даже лучше, что никто не догадывается, как крепко она тебя держит за яйца. Меньше слабых мест...

Александр смерил друга надменным взглядом и отвернулся.

Голос Андрея Павловича вернул Александра в реальность:

- Александр Александрович, вам что-нибудь известно об этом? - навязчиво повторил свой вопрос психотерапевт.

- Да. Кое-что... - неохотно ответил Чалый.

- И... вы не будете против, если Лие Марсовне в ходе терапии придется поделиться со мной этой информацией?

- Если это то, что ей нужно - пожалуйста. В моих интересах, чтобы она поправилась, как можно скорее.

- Тогда... Вы не могли бы ей сами обо всем сказать? Боюсь, мне она не поверит.

Александр бросил на мужчину короткий взгляд, сунул руки в карманы и, наконец, кивнул головой:

- Ей я скажу. И вы тоже послушайте...