Фея Темной

Это очень хорошо умела делать Рисса, немного могли они с Мелой, но не мама. А значит, письмо написал кто-то близкий, родной.

— Возьми, Фэй. — сине-зелёные глаза матери посмотрели на неё с грустью.

Девушка осторожно приняла конверт, прислушиваясь к ощущениям. Писала сестра. От бумаги веяло грустью и болью, застарелой, злой, безнадёжной. И прощанием. Боясь подтвердить свои опасения, Феисия достала сложенный вдвое лист. В душе она трепетала, но руки её были тверды и уверены.

“ Дорогие мои мама и папа, дорогая Фей, я прошу у вас прощения за то беспокойство, что причиню вам своим поступком.

Я знаю, как вы волнуетесь за меня, как стараетесь укрыть от мира, защитить, вернуть мне силу духа, как оберегаете от волнений и не напоминаете о моей ошибке, моей потере, моей неполноценности. И я безумно устала от этого. Я — калека, и навсегда таковой останусь, как бы вы не убеждали меня и себя в обратном. И возможно мне нужно выбраться из кокона вашей опеки. Чтобы наконец-то смириться с этим, принять себя таковой и научится жить. Без напоминаний о прошлом. Я прошу вас, не ищите меня. Я хочу найти свой путь.

С любовью, ваша Мелора. “

— Когда она ушла? — Феисия ещё раз пробежала глазами ровные строчки, чувствуя облегчение. Сестра всего лишь сбежала из дому. Если бы речь шла не о Мелоре, она бы пожелала ей удачи в поисках себя и своего пути.

— Месяц назад. — кратко сообщил отец.

— И ты не искал её? Не верю. — девушка пристально уставилась в его глаза.

— Не надо на меня своей тьмой полыхать, дочь.

 — Кираш Сэйрано и не подумал отвести взгляд. — Конечно, я искал её. Но Мела хорошо подготовилась. Да и силой её боги, не обидели. Скрыться у неё получилось.

— И что? Это всё? Мы это так оставим? — Фэй не могла смирится с мыслью о сестре, слишком беззащитной, слишком ранимой, слишком сломанной, которая легко может попасть в беду.

— У тебя есть предложения?

— Я могу найти её? Кровную связь никто не отменял!

— Она не захочет вернуться. — устало возразила мать.

 — Мела давно вынашивала эту мысль. Я чувствовала её решимость и тоску. Ей здесь было плохо. Возможно, мы действительно слишком опекали и теперь должны отпустить её?

— Вот найду, убежусь, что ей ничего не угрожает, и отпущу. — припечатала Феисия, вкладывая письмо обратно в конверт.

То, что мама не одобряет её решения, она прекрасно видела и чувствовала, но по-другому поступить не могла и менять его не собиралась. Впрочем никто с ней и не спорил.