Фея Темной

Но мне чего-то не хватает. Как будто я неполноценная теперь. — прошептала она потеряно, а потом подняла взгляд на сестру. — Но это всё пустяки. Я ведь всё равно не хотела заниматься некромантией. Привыкну. Расскажи лучше, как у тебя дела?

— Хорошо. Скоро буду защищать курсовую по совмещению ментальных и эмпатических щитов с боевыми. Отец спит и видит, что я останусь преподавать в Академии. И на пару с матерью подсовывают мне одного за другим своих знакомых.

— И что?

— Ничего, Фэй. У меня такое чувство, что в какой-то момент моя жизнь повернула не туда и свою судьбу я упустила.

* * *— Он так похож на тебя. — Княгиня смотрела, как её пятнадцатилетний огненный мальчик на пару с, на год младшим, Аймиром Лэардо учатся управлять огненной стихией под наставничеством Зака Лэардо.

Почувствовав как прижимается сзади большое тело мужа, подалась к нему, откинув голову на плечо. Они стояли возле окна в его кабинете. Отсюда внутренний двор дворца, где предпочитал тренироваться их сын, просматривался просто замечательно и Фэй небезосновательно полагала, что Шадари просто любит лишний раз покрасоваться перед отцом.

И перед ней. Хотя видят боги, больше любить и гордиться своим ребёнком, чем она, уже просто не возможно. И как же она хотела ещё хотя бы одного. Или одну.

— У нас обязательно получится, Фэй. — Шэн прижался губами к её виску, прекрасно зная о чём она сейчас думает. — Что тебе сказала Верховная?

— Что мою тьму не вернуть. Я сделала свой выбор.

Она всем телом почувствовала, как он напрягся.

Задержал дыхание, и спросил с горечью.

— Ты жалеешь? О том, что со мной.

— Нет. Я хотела тебя сколько себя помню. Просто…

— Просто что?

— Меня отправляли в Храм учиться, когда сила проснулась. Тётя Мэрала говорила, что мой потенциал огромный и резерв надо постепенно наращивать. А я всё тянула. В голове был только ты. Зачем мне некромантия? А потом мы встретились и я действительно оказалась твоей Парой… У меня ещё была возможность принять правильное решение.

Всего пара лет и я стала бы хоть и не равной тебе, но близкой к тому. И могла бы родить не одного ребёнка, а сколько мы бы захотели. А я отказалась. — она повернулась в его руках и посмотрела в такие любимые глаза. — Знаешь, мне сегодня приснилась Богиня. Она смотрела на меня с осуждением. И говорила о том, что я отобрала у неё нашу дочь, которая могла бы стать величайшей Верховной. И теперь меня не покидает ощущение, что всё это не так, как должно было быть.