Фея Изумрудного Города

Все идет превосходно, мой друг, просто замечательно!

После окончания пира, на котором Дональд так и не прикоснулся ни к одному блюду, королева удалилась в покои Дровосека, а расстроенный, сбитый с толку мальчик поплелся к себе в комнату.

Он лег на диван и положил ноги на бархатную спинку. Это были здоровые, сильные ноги, и это были ЕГО ноги! Одна давняя мечта исполнилась — почему же это совсем не радовало его?

«Да потому, что я хочу стать счастливым за счет несчастья своего близкого друга, — подумал он. — Элли так мечтала вернуться в Волшебную страну, и многие ее ждут здесь! А кто ждет меня? Никто.

Под окном послышался цокот копыт. Выглянув наружу, Дональд увидел, как к воротам направляется золоченая карета, запряженная в четверку мохнатых пони.

Мальчик внезапно вскрикнул. Он увидел, как из-под яблонь к карете метнулась тень. Большой волк впрыгнул в распахнувшуюся перед ним дверцу, так что никто, даже кучер, не заметил этого. Никто, кроме Дональда.

Зачем Корине при встрече с Элли понадобился волк?

Встревоженный Дональд стал мерить шагами комнату, лихорадочно размышляя. Он понял, что Корина обманула его. Конечно же она не собирается отпускать Элли да еще дарить ей молодость! Элли — ее главный враг, и сейчас девочка находится полностью в руках колдуньи! Что же делать, как исправить свою ошибку?

Дональд вышел из комнаты и направился к покоям Гуда.

— Прошу прошения, мой господин, но королева не велела беспокоить нашего повелителя. Он болен, разве вы не слыхали?

— Слышал, — улыбнулся стражнику мальчик, — Неужели ты забыл, что я — механик Рост и прибыл в столицу, чтобы спасти короля?

Понт озадаченно почесал затылок.

— Верно. Но королева приказала никого из мастеров не пускать…"

"— Разве я простой мастер? — удивленно приподнял бровь Дональд. — И разве ты не видел, как королева относится ко мне? Она дважды приглашала меня на пир в большой зал и подарила мне эту дорогую одежду. Более того, она вернула мне своим волшебством здоровые ноги! Ты, надеюсь, помнишь, что я пришел во дворец с костылем?

— Так-то оно так… — пробормотал сержант.