Федор Годунов. Стылый ветер

И в самом деле, раз отомстить за смерть царицы Шерефединову пока не могу, так хоть душу отведу. Пускай этой сволочи в качества аванса будет. Тут главное не перестараться, чтобы он обратно в Москву вернуться, всё же смог.

— Где думаешь его перехватить?

— Так он наверняка сюда через Андронников монастырь ехал. Вот и обратно той же дорогой возвращаться будет. Так там неподалёку от Рогожской слободы небольшой овражек есть. Вот там и затаимся.

— Я с тобой, — решительно мотнул я головой, пресекая любые возражения. Впрочем, Подопригора возражать и не стал, лишь согласно кивнув.

Мда. Это тебе не Грязной с Порохнёй. Этот за любой кипешь обеими руками проголосует! — Только лицо бы мне прикрыть. Признает же, старый чёрт."

"— Это можно, — развеселился полусотник. — У Богдана шелом старинный с маской, что верхнюю половину лица закрывает. В ней, не должен узнать.

— И это. Смотри, Яким, не перестарайся. Старик обратно дойти должен. И встреть Грязнова. Скажи, пусть на «измену» соглашается. Так оно даже лучше выйдет!

Шерефединова перехватили без проблем.

Вывалились навстречу из оврага, сзади перекрыли дорогу ещё два десятка. Старый дворянин даже сопротивляться не стал, демонстративно не потянувшись к сабле.

— Ты чего творишь, полусотник? Гостю твоего воеводы препоны чинишь?

— Вот я и хочу посмотреть, что ты за гость такой, — оскалился в ответ Яким. — А вы не балуйте, — смерил он взглядом пятерых холопов, что сопровождали московского дворянина. — Если что, сразу посечём. Слазьте с коней!

К каждому из воинов Шерефединова быстро подъехало по несколько человек, умело отделяя их друг друга, сноровисто ссадили с коней, навалились, умело связывая по рукам и ногам.

Я лишь головой покачал.

Ну, чисто степняки поганые. Я ещё по дороге в Елец заметил, что отряд Подопригоры во многом тактику этих степных стервятников копирует. Кружит как ворон по округе, высматривая добычу; там на кого-то наскочит, здесь что-нибудь ухватит. И воинов в свой отряд подстать набирает.

Нет, как дозору, этой полусотни цены нет; мы до Москвы без забот промаршировали.

Да и для рейдов по тылам предполагаемого противника — самое то будет. Все обозы пожгут и разорят. Вот только у меня к этому отряду душа всё равно не лежит. Понимаю всю пользу, что он приносит, а пересилить себя всё равно не могу.

— И ты слезай, — подъехав к Шерефединову, Яким потянулся к засунутому за пояс пистолю. Ещё двое, страхуя, заехали за спину московского дворянина. — В овражек спустимся да там и переговорим, не спеша.