Федор Годунов. Стылый ветер

"

"— Князь Шуйский известен своей осторожностью, — начал я лить дезу в уши остальным. — После разгрома дворянской конницы он наверняка задумается, а так ли мы слабы, как он до этого думал? И раз мы смело идём к Ярославлю, значит, уверены в своей силе. Надеюсь, больше мимо тебя к нам никто не проскочит, Подопигора?

— Ночей спать не буду, но лазутчиков к войску не пропущу!

— Ну, смотри, — внушительно протянул я, не сводя глаз с сотника. — У меня вся надежда, что князь не узнает, насколько малочисленное у нас войско.

После потери полка Глеба, нам в чистом поле не выстоять.

— Так когда мы к городу подойдём, он своими глазами всё войско увидит, — высказал опаску Полозов.

— Э нет, — криво усмехнулся я. — Мы у стен города только Севастьяна с полком оставим, а остальные из леса не выйдут. Будут только иногда на глаза осаждённым показываться. Вот и пусть Митька гадает, какую воинскую силу мы от его глаз за деревьями спрятали.

— Мудрёно, — пригладил бороду Кривонос — Только что нам это даст, государь? Ну, испугается Шуйский и в городе сядет.

Так город-то нам не взять!

— Да и долго численность нашего войска тайной не будет, — поддакнул ему Полозов. — Всё равно Шуйский узнает.

— А нам долго и не нужно. Нам лишь бы один день у стен города простоять, — я хитро улыбнулся и, понизив голос, доверительно сообщил; — Князь Барятинский мою руку держит. Помните, как я с ним в прошлый раз, когда мы к Ярославлю ходили, долго с ним наедине беседовал? — я дождался кивка моих соратников и продолжил: — Договор мы с ним в тот раз заключили.

Как я войско соберу и к Ярославлю подойду, так он ночью ворота откроет, в город впустит и со своими людишками на мою сторону перейдёт. Так-то!

Никакого такого договора на самом деле, конечно, не было. Вот только пусть теперь Барятинский Шуйскому обратное доказывает. Зная подозрительность Митьки, тот наверняка не поверит. И, если учесть, что неведомый мне предатель, заодно о слабости моего войска сообщит, то князенька скорее всего не только решится из города выйти, но и ярославский гарнизон с собой не возьмёт.

И главное, сам Барятинский, видя такое недоверие и понимая, что милостей от Шуйских ему всё равно уже не ждать, может, и впрямь, на мою сторону перейти решиться. Ну, а мне главное к будущей битве подготовится. Копейщиков со стрелками за засеками укрыть да ложным отступлением конницы под огонь пищалей и пушек неприятеля завлечь. Если всё получится, то шансы на победу есть. А проиграю. Тогда и буду думать, что дальше делать.