Фантастика

К красивым телкам Дронов привык, но рядом с этой царевной артистки и манекенщицы, с которыми он обычно хороводился, были кошки драные. А тут незнакомка еще протяжным жестом сдернула с головы косынку. По плечам, колыхаясь неспешными волнами, рассыпались медового цвета волосы, и над ними – честное слово – полыхнуло золотистое сияние!

Режим отключился так же неожиданно, как перед тем врубился.

То-так, то-так, зачарованно стучало сердце.

Сергей высунулся из окна.

– Тебя как звать?

Она молчала. Уже не улыбалась, глядела на него очень внимательно и серьезно.

Почему она не отвечает, подумал он.

И вдруг понял. Нет, почувствовал.

Он должен сам угадать ее имя, это очень важно! Не угадаю – всё. А что «всё», и сам не знал.

Дикая была мысль, даже идиотская, но Дронов в ней почему-то не усомнился.

Ужасно волнуясь, он спросил:

– Мария?

И она кивнула. Угадал!

– Поедешь? Со мной? – робко проговорил он, потому что это сейчас было главнее всего.

Она по-прежнему молчала, глядя ему в глаза.

Не поедет, обреченно подумал он. Такая королевна – и хрен знает с кем, хрен знает куда…

Но девушка по имени Мария вдруг кивнула. Не задорно, не радостно, а грустно. Или – точнее – обреченно.

Сорвался Дронов, чуть не грохнулся с высокой ступеньки, что-то ноги плохо держали. Обошел вокруг джипа, причем еще дважды споткнулся, потому что не сводил с Марии глаз. Открыл дверцу. Хотел взять девушку за руку, но не решился.

– Садись.

Она ступила на подножку, чуть замешкалась, и Сергей бережно придержал тонкий локоть.

От этого легкого прикосновения затаившийся Метроном встрепенулся, перескочил на дробное «токо-так».

И в кресло она садилась бесконечно долго, он прямо весь истомился – не передумала бы.

Зато когда вернулся на водительское сиденье, развернулся и дал по газам, над дорогой только взвилось облачко голубоватого дыма.

Глава девятая

Слово из книжек

Сергей, хоть и мчался на сумасшедшей скорости, сначала смотрел только на Марию.

Что это она все молчит? Хоть бы слово сказала.

Теперь он следил за дорогой, вел машину осторожно, на восьмидесяти, а из-за Режима казалось, что джип еле ползет.