Факультет бытовой магии, или Проклятие истинной любви

Я вынырнула из омута боли и снова взглянула на эту мразь. Меня замутило. К горлу подступил желчный ком. «Сейчас вывернет наизнанку». Стоило этой мысли прийти в голову, как сущность, радостно соскочив со стола, подтащила мое тело к старухе и раскрыла искривленный рот… И мне стало легче. И пакости во мне меньше – как бы ужасно это ни звучало, но часть зеленой проклятой жижи организм изверг прямо в рожу великосветской нафталиновой моли.

Это того стоило! И «фу», и «ха» одновременно.

Она так и замерла, облитая мутно-зеленой болотной жижей.

– Возьмите обратно, госпожа Нафталиновая старушенция. Оно же дорогое, хи-хи!

– Ой, фу! – Элоиза сделала еще пару шагов к двери.

– Что? – возмутилась тьма. – И вам, учитель, зелья отлить? Подходите, во мне его еще много.

Взвизгнув, Портовски сделала ошибку – отворила запертую дверь и с воплем рванула в коридор.

– Какая прелестная идиотка! – прокомментировала ее забег моя сущность.

– Андрэ! – рявкнула карга.

– А поздно метаться, господа маги. Что вы там говорили про прошлый раз? Выходит, правду рассказали, была у меня любовь с этим мерзким усатым тараканом… – Сущность сымитировала очередной рвотный позыв.

Тьма говорила и говорила, а я, кривясь от спазмов в животе, осознавала, о чем она толкует.

У меня был ребенок от этого гада. «Злата», – шепнуло подсознание, и в этот момент пазлы наконец сложились в цельную картину.

Моя родственница из будущего. Старшая дочь ректора.

Как же я раньше не поняла? Она так много делала для меня.

Такое я сама могла бы сделать только для одного человека – собственной матери.

Преодолевая жар агонии, я всего на несколько секунд задвинула свою тьму назад и взглянула в глаза Валевски.

– Ты мне, Андрейка, ответишь за мою девочку. – Голос дрожал, но при этом немного пугал даже меня. – Я тебя везде достану и не успокоюсь, пока не опущу на самое дно. Травили меня, ее уничтожить пытались! Что ж, тебе будет хуже.

Через силу улыбнувшись, снова призвала свою бойкую сущность: «Постарайся вырваться из кабинета».

«Идут, хозяюшка, идут. Я слышу тьму того, кто нам любим».

«Эмес!»

«Да, – шептала тьма, – успокойся, маленькая ведьма. Защищу. А когда придет свет, впущу его».

Улыбнувшись, я прикрыла глаза. В коридоре действительно послышались крики и шаги.

Кулон на моей груди раскалился, голубой камень пульсировал.