Фабрика отклонений

И оба правы, потому что неизбежно приходят к одному результату. Положительному, я вам замечу. Только, помнится, в те годы Гуров не был таким обидчивым.

– Я тебе о деле, а ты…

– Все! – Орлов хлопнул рукой по колену и встал. – Извини, Лев Иванович. Я просто жутко вымотался, а ты сразу видишь в моей реакции начальственное брюзжание. Хотя, собственно, я этим и занимался. Давай прагматично подойдем к тому, что ты тут излагал. К каким практическим выводам ты пришел в результате всего осмысленного и изложенного мне? Давай по пунктам.

– Ну вот, сам попросил, – тихо, со странной интонацией вдруг сказал Крячко и отвернулся к окну.

Орлов посмотрел на Станислава Васильевича, озабоченно нахмурился, потом перевел взгляд на Гурова.

– Бомж убит для отвода глаз, – заявил тот. – Настоящая и единственная жертва – второй человек, пока еще не опознанный нами. Все мотивы там.

– Ты это серьезно? – буквально по слогам спросил удивленный генерал. – Стас, это правда? Вы сюда не развлекаться пришли? Такое заявление не просто серьезное.

Крячко с довольным видом покосился на Гурова и промолчал. Лев Иванович сидел, глядел в пол и сосредоточенно барабанил по подлокотнику пальцами правой руки. Сыщик очень терпеливо ждал, когда закончатся бессмысленные вопросы, основанные на одних только эмоциях, и он сможет продолжать изложение своих логических постулатов.

– Сотрясать воздух больше не будешь? – осведомился Лев Иванович. – Тогда я продолжу. Законченного алкоголика Павла Литвиненко убийца умышленно искал в пределах примерно пятидесятикилометровой зоны будущего преступления, придуманной им.

– Парикмахерская, возле которой нашли второй труп? – спросил Орлов."

"– Ни в коем случае. Это дешевое заведение, эконом-класс, а педикюр на ногах убитого от хорошего мастера из элитного, престижного салона. Таким вот образом преступник умышленно формировал в нашем сознании ареал убийства. Он сначала спланировал второе злодейство, а потом стал подгонять под эти условия первое, отвлекающее.