Фабрика отклонений

 – Там как раз какой-то женщине педикюр делали. Это мне администраторша так объяснила. Я раньше думал, что педикюр – это уход только за ногтями ног, а оказалось, что еще и за кожей. Они там и всякие натоптыши удаляют, сухие мозоли. Опять же ванночки, втирания.

– Вот как!.. – Крячко удивленно посмотрел на присутствующих. – А процедурка-то не совсем дешевая. Пусть и не очень дорогая, но токарь, например, с соседнего завода про такое даже и не слышал. Личный водитель начальника цеха какого-нибудь завода на нее не пойдет.

Его в гараже на смех поднимут, если со свету насмешками не сживут. Понимаете, куда я клоню?

– Человек из определенного круга, – согласился Гуров. – С достатком, заботящийся о личной гигиене. Вон, даже подмышки бритые. Да, тут уже мотивов хоть отбавляй.

– Есть и положительные моменты, – заявил Крячко. – Пропажа такого человека надолго тайной не останется. Не вижу проблем с установлением личности.

– Тайна пока никуда не делась, – задумчиво сказал Гуров. – Например, нам неизвестно, был ли убийце важен именно этот человек или годился любой.

Если здесь фактор случайности, то мы не в лучшем положении, друзья мои. Зачем он их раздевает? Чтобы не опознали? Не очень умно. Потому что достаточно и чисто физических признаков, по которым можно опознать тело. Преступник старается использовать максимум факторов, мешающих нам идентифицировать тело, хочет, чтобы мы подольше не опознали его жертву, или же тут что-то другое?

– Путает следы, – уверенно заявил Рязанцев. – Играет в неуловимого Джека-потрошителя.

Тот, кажется, проституток убивал? Может, и здесь есть нечто такое, что объединяет этих людей по какому-то принципу, пока еще нам неизвестному? Установим личность второй жертвы, и станет легче рассуждать.

– Подумать, наверное, и сейчас уже есть о чем, – тихо сказал Кулаков. – Они похожи.

Рязанцев ревниво посмотрел на напарника, а потом – на труп. Крячко тихо улыбнулся и подмигнул Гурову.

– Молодец, Сережа, увидел, – похвалил Лев Иванович. – Они ведь очень похожи.

Судя по состоянию кожи, им обоим между… тридцатью и пятьюдесятью. Я могу ошибиться по поводу Литвиненко. У того шея была красная, кожа там постарела от постоянного нахождения на солнце и имела старческий вид. Но это бывает у определенной категории людей. Пигментация разная. Телосложение у них одинаковое, и цвет волос, если судить по паху. Рост приблизительно один, как и телосложение."

"– Да и способ убийства тот же самый, – поддакнул Крячко.